Оперативный псевдоним

Факт налицо, подробности выяснятся чуть позже. Надо избавиться от основной улики.

– Куда деть рацию? – спросил Юмашев. Их мысли работали в одном направлении. Что значит свои...

– В воду. И все концы туда же.

Уже в машине Юмашев сдавленно произнес:

– Если бы мы к ним пришли – все!

Это точно. Ни положение, ни связи в такой ситуации не сыграют роли. С одной стороны – куча трупов, с другой – прямые улики. Конечно, если трупы действительно имеются в наличии...

– Значит, он жив? – будто читая мысли, спросил Юмашев.

– Не факт, – подумав, сказал Тимохин. – Если они успели туда войти...

Скорее сбой произошел при отходе. Во всяком случае, так бывает чаще всего. А чего мы гадаем? Сейчас посмотрим!

Он направил «Форд» к «Маленькому Парижу». Вокруг стояло не меньше полутора десятков машин. Желто-синие «Москвичи», «Жигули» и «УАЗы», ухоженные «Волги», «Рено» и «Мерседесы» без опознавательных знаков, но с антеннами раций на левом заднем крыле и радиотелефонов – посередине крыши. Здесь же две машины «скорой помощи» и два печальных серых фургона для перевозки трупов.

– Нет, насчет кучи покойников они не наврали, – проговорил начальник СБ.

– Вижу, – односложно ответил Юмашев. Он вспомнил старое поверье, будто при приближении убийцы к трупу из раны появляется кровь. Тогда в ресторанчике должны забить фонтаны... Картина предстала настолько отчетливой, что его замутило. Останавливаться у места преступления было нельзя, банкир глубоко вздохнул, пытаясь сдержаться, но ничего не вышло, и на выдохе его вырвало. Он успел нагнуть голову и запачкал только себя: полы пальто и отменно начищенные ботинки.

– Отвези меня домой, – попросил он, и тон получился довольно жалобным.

– Вначале надо избавиться от улики, Владимир Николаевич, – мягко ответил Тимохин. – Извините, но придется потерпеть.

Через десять минут они оказались на набережной. Меньше суток назад они прогуливались по заснеженному Левому берегу и смотрели сюда, на узкую полоску свинцово-серой воды. Сейчас полоска воды не казалась узкой – метров десять, а то и двенадцать. Для их целей хватило бы и небольшой проруби. Совсем близко, вздымая тупым носом волну, прошел трудяга буксир. Сквозь запотевшие стекла рубки виднелся смутный силуэт рулевого.

Облокотившись на литую чугунную ограду, Юмашев глубоко дышал и постепенно приходил в себя. Вокруг никого не было.

Тщательно оглядевшись, он достал рацию.

– Пальцы?

– Вода смоет...

Тимохин вынул рацию из подрагивающей вялой руки. И неожиданно нажал клавишу вызова.