Трепанация прошлого

Он же не знал, как события развернутся, вдруг кровью запачкается?

— Уже ближе к истине, — заявил Лев Иванович. — Но как он попал на территорию?

— Господин полковник… — начал Смирнов, но Гуров перебил его:"

"— Разрешаю обращаться ко мне по имени-отчеству.

— Спасибо! Так вот, Лев Иванович, мы с мамой вчера всех жителей поселка поштучно перебрали, но не нашли никого, кто мог бы тайком провезти в своей машине какого-нибудь человека. Вы мне просто поверьте, что нет среди жителей никого, кто желал бы Илье Павловичу зла. Я фигуру преступника ко всем мужчинам поселка примерял. Никто не подходит. Каждый выше или ниже, толще или худее. А вот сегодня утром я услышал, как вы Владимиру Николаевичу говорили, что женщина могла провезти к себе любовника. Есть у нас такая. Со свечкой, конечно, никто не стоял, но… Ее муж часто и надолго за границу уезжает. Он какой-то крупный специалист по атомным станциям. Дамочка одна остается. Она у него вторая жена, намного моложе, нигде не работает, так что вполне могла от скуки завести себе любовника. Городской квартиры у них нет, он ее первой семье оставил. У нее «Лексус». В таком сарае на заднем сиденье или в багажнике можно слона провезти, не только человека. Когда муж в отъезде, она утром уезжает в Москву, а поздно вечером или даже ночью возвращается. Иногда исчезает на несколько дней. Сейчас муж как раз в очередной командировке. Выяснить, когда она в день нападения на Илью Павловича и накануне вернулась и потом уезжала, очень легко. Охранники на воротах время въезда и выезда всех машин фиксируют.

— Имя! — потребовал Гуров.

— Девяткина Алевтина Васильевна. Ей где-то от двадцати пяти до тридцати, видная дамочка, — ответил Геннадий. — Если разрешите, мы за ней понаблюдаем.

— Последите, хуже не будет, — согласился Гуров.

— Лева! — предостерегающе произнес Крячко.

— Я же сказал, хуже не будет. Если преступник действительно познакомился с ней, чтобы тайком попасть в поселок, то его сейчас уже и след простыл. Он же свое дело сделал. Клиент, судя по всему, не дурак, значит, не сам с ней порвал, а ее спровоцировал на разрыв отношений. Теперь она о нем без омерзения не вспоминает. Мужчину к ней подводить нельзя. Она ему о бывшем любовнике ничего не скажет. А вот с женщиной страдалица охотно поговорит о том, что все мужики — козлы. Женщину к ней надо запускать.

— Найдем такую, — уверенно заявил Смирнов.

— Гена, это ее круга женщина должна быть, — остудил его пыл Лев Иванович.