Проект по дружбе

И как только эта мысль мелькает в голове, я понимаю, что безбожно себе вру.

—.. —.– —. –Всю пару я честно стараюсь слушать препода. Как всегда, тщательно конспектирую. Точнее, пытаюсь. Мысли путаются, слова бросаются от меня врассыпную по всей странице. Красная ручка трижды падает на пол, и на третий раз я зло отшвыриваю ее ногой в сторону. Что я собралась подчеркивать? Разве что написать «Женя – дура» и жирно выделить цветом. В какую авантюру я вписалась? Есть ощущение, что на кону не только оценка по социологии. А что-то еще. Сделка с дьяволом, не иначе.

В конце концов перестаю записывать и устремляю меланхоличный взгляд в окно. Хоть бы весна уже началась, что ли. Уже было бы как-то полегче. И вдруг меня посещает странная мысль. Я бы сказала, почти ошарашивает. Почему Ктитарев спросил Яра, как ему проект? Разве в субботу, когда они играли в приставку, он не мог этим поинтересоваться? Предположение мне в голову приходит только одно – Шмелев мне соврал. Тогда где он был на самом деле? И зачем ответил неправду? Был с одной из своих бабочек-однодневок? Мог так и сказать. Или не говорить вовсе. А самое главное – какая мне разница?!

Разве мне вообще есть дело до того, как он проводит время? Даже если по итогу мы реально подружимся (ведь именно это я стремлюсь доказать), мне должно быть плевать на все его недоотношения.

Нервно чешу за ухом. Тут же себя одергиваю. Мама уверяет, что в такие моменты я похожа на блохастого кота.

Думаю, не стоит спрашивать Яра, где он был на самом деле. Может, я вообще что-то не так поняла. В конце концов, он не обязан передо мной отчитываться.

Все это мысленно проговариваю размеренно и спокойно. Когда препод нас отпускает, я с достоинством собираю вещи. Я взрослый человек. Умная девушка. Мне эти разборки вообще до одного места. Ничего мы друг другу не должны. Только сделать вместе проект – и все.

– Скажи честно, ты мне соврал? – в следующую же секунду выпаливаю Шмелеву прямо в лицо.

– Чего?

– В субботу ты был не с Вадиком? Он спросил тебя про проект. Так, как будто вы не виделись до этого.

Почти все уже вышли из аудитории, а Яр, на свою беду, замешкался. Ну а я, прямо скажем, специально притормозила."

"Знаю, что делать этого не нужно. Но меня несет со страшной скоростью. Как будто я на санках лечу с горы, ветер свистит в ушах, и нет ни малейшего шанса взять под контроль управление.

– Совсем сдурела? – хмурится Шмелев, когда отходит от первого шока.

– Яр, нам же надо подружиться.