Призрак в кривом зеркале

Пестова и с парнями дружила не потому, что хотела выделиться или была «парнем в юбке», а потому, что ей и в самом деле было с ними интересно. Только с Борзых, Лялька знала, она скучала.

В тот вечер, после выпускного, Алла прокралась за Никитой и Пестовой в подъезд и увидела, как они целуются на лестничной площадке. Ее ожгло ненавистью пополам с болью, и она попятилась, не дожидаясь, пока Борзых оторвется от подружки. Сунув в рот кулак, чтобы не взвыть и не привлечь их внимание, Богданова сбежала с лестницы, чуть не упав, выскочила на улицу и долго с ожесточенной яростью терла лицо ладонями, спрятавшись за дом.

Когда она пришла в чувство, то поплелась домой, где ждала молчаливая, вечно взбешенная мать, лупившая Аллу за малейшую провинность, да и без оной…

– Где ж ты ходишь, мой Никита, мой Никита-пастушок… – пропела Алла с угрозой, глядя на фотографию мужа, висевшую в рамке на стене.

Снимками Никиты была увешана вся квартиры – так Алле было удобнее с ним разговаривать, когда его самого не оказывалось дома.

"

"– Вот же сволочь, – произнесла она в лицо мужу на снимке, накручивая себя. – Где ты ходишь, а, сволочь? Ты с работы выехал полчаса назад, а езды тебе десять минут! Сво-о-ла-ачь!

Словно испуганно отзываясь на ее визгливый голос, слабо дзынькнул и затих звонок. Алла удовлетворенно усмехнулась и, предчувствуя скандал, пошла открывать. Но когда она толкнула дверь, не поглядев в глазок, любимое ругательство так и не сорвалось с губ.

На лестничной площадке покачивался как пьяный Никита.

А возле Никиты стоял красивый худощавый мужчина лет тридцати пяти с взъерошенными совершенно по-мальчишески короткими русыми волосами. Сначала Алла посмотрела ему в глаза и испугалась – такие светло-серые бесстрастные глаза могли бы принадлежать убийце. И только потом увидела черное матовое дуло, прижатое светловолосым к шее Никиты.

Глаза ее расширились, но готовый вырваться из горла крик превратился в подобие всхлипа, когда она посмотрела на лицо мужа – жалкое, некрасивое, каким Алла никогда его не видела.

– Не визжать, – тихо предупредил незнакомец. – Шаг назад, в квартиру.

Алла громко сглотнула, и немой ужас провалился из горла в желудок, стиснул спазмом. Как деревянная кукла, она шагнула назад, вытянув руки по швам, и Никита шагнул вслед за ней. Алла видела, что он приоткрывает и закрывает рот, словно пытается беззвучно что-то сказать, и подбородок его трясется крупной дрожью.

– Не убивай, – прошептал он, на секунду справившись с дрожью.