Невеста Стального принца

Правда, наины его почему-то не пили, а вот я попросила горничную плеснуть мне в чашку бодрящего напитка. За что напоролась на недоуменные взгляды всех сидящих и одного лежащего.

— Никогда его не пила. Так интересно попробовать.

И с удовольствием опрокинула в себя горький эспрессо. Я та еще кофеманка, выпиваю по несколько чашек в день и не могу начать новый без аромата любимой арабики. Вчера в «дядюшкином» доме меня все утро ломало, а здесь, у де Горта (вот счастье-то!), варят обалденный крепкий кофе. Как я люблю и обожаю.

Жизнь определенно налаживается.

— Тебе понравилось? — удивленно захлопала ресница ми Одель.

— Но он же такой горький, — скривилась Винси.

— Особенно без молока, — состроила гримасу отвращения Паулина.

— Кофе — это напиток мужчин, — с упреком заметила Марлен.

— И мой, — вынесла я вердикт и сама плеснула себе в чашку добавки.

Де Горт чему-то задумчиво усмехнулся, девушки переглянулись, и тут де Морсан попросила:

— А можно и мне немного? — после чего вопросительно уставилась на лорда.

Герцог милостиво кивнул (лапочка ты моя стальная! Все-все нам разрешает), и Поля, щелкнув пальцами, подозвала служанку. Остальные наины тоже выразили желание, осторожное и очень несмелое, продегустировать крепкий напиток. Это они еще не знают, как хорошо он идет с сигаретой. Я уже давно бросила курить и возвращаться к этой вредной привычке не собираюсь, но… сейчас за пару затяжек отдала бы половину Харраса, ну или хотя бы герцогский замок.

Интересно, а у его всемогущества имеются где-нибудь в загашнике сигары?

На случай, если нервы совсем расшатаются.

Остаток завтрака прошел в молчании, за исключением одного раза, когда Одель изволила поинтересоваться, в чем я предстану пред монаршими очами, что привело к короткому спору.

— Леди Адельвейн, у вас ведь есть подходящий случаю наряд? Должен быть. Из серебристой или золотой парчи, шелка или атласа?

— Без понятия, — пожала я плечами, с аппетитом уплетая уже не знаю какой по счету рогалик.

Вроде бы ничего такого не сказала, а на меня опять все дружно пялятся.

Пришлось оторваться от рогалика и объяснять свою неосведомленность по поводу имеющихся у меня шмоток:

— Я ведь только из обители. Там мы парчовые платья не носили, а дома моим гардеробом озаботилась тетушка. Это она собирала меня в дорогу.

— Наши туалеты готовились загодя. — Марлен гордо выпрямилась на стуле, словно вместо булочки только что проглотила кочергу из камина.

— Моим занимались самые лучшие портнихи, — хвастливо вставила Паулина.