Невеста Стального принца

Если честно, заявление про «не слишком глубокие» меня не сильно обрадовало, но напроситься в гости к вейру, чтобы самой убедиться, что он действительно более-менее в порядке, мне не дали.

— Можно его проведать?

— Не сегодня, — покачал головой Мэдок. — Ты сама еще очень слаба и должна отдыхать.

— Я вполне могу отдыхать и с вашим вейром.

На губах хальдага появилась улыбка, аномальная такая и чертовски сексуальная. Не просто промелькнула, а там и осталась, сделав этого мужчину еще более привлекательным.

Так, держи себя в руках, Лиза.

Держи. Себя. В руках.

В своих собственных, если что, и не вздумай лезть в руки де Горта.

— Еще немного, и я начну тебя к нему ревновать.

— Вы, наверное, хотели сказать: его ко мне, — поправила Стального, глядя в его нереально яркие зеленые глаза, еще более яркие, гипнотические в золотых бликах огня.

— Я сказал то, что хотел сказать.

Второе «мм» и большой вопросительный знак в мыслях.

— А что с другими участниками и их наинами? Что будет с тем бессовестным лордом, хозяином волка, и… — Я вдруг вспомнила про девицу, набросившуюся на меня с моим же оружием, и взволнованно протараторила: — Во время охоты кое-что случилось… На меня напала одна из участниц.

Так, ничего страшного. Одель очень вовремя пришла мне на помощь, в результате чего леди ушла в обморок. Да так в нем и осталась. Как вы думаете, с ней тоже все в порядке?

— Завтра узнаем, — совсем не успокоил меня де Горт. — И про судьбу бессовестного лорда, и про леди в обмороке.

— Просто не хотелось бы, чтобы были жертвы.

Это я про леди.

А с лордом пусть хоть устраивают жертвоприношения.

— Насколько мне известно, ты единственная из наин пожалела соперницу, — неожиданно сказал Мэдок.

— Тоже считаете, что не стоило? — Я усмехнулась, заранее зная ответ Стального.

— Сострадание — одно из качеств, отличающее нас от животных. Но в следующий раз тебе стоит быть осторожней.

— Очень надеюсь, что следующего раза не будет. — Я поежилась и почувствовала, как меня снова охватывает дрожь.

Кажется, опять поднимается температура, и, кажется, мне бы все-таки не помешали де Гортовы объятия. Для согревания. Исключительно для этого, честное-пречестное.

— Я хотел поблагодарить тебя, — чуть погодя обронил герцог. — За то, как ты держалась во время испытания. За то, что помешала мне поддаться эмоциям и совершить ошибку.

— Вроде той, что вы совершили вчера ради меня в спальне короля?

Хальдаг улыбнулся и покачал головой:

— То была не ошибка, Филиппа.