Принадлежать ему (ЛП)

— Мне так жаль, — говорит она. Когда я отстраняюсь, в ее глазах стоят слезы.

— Я в порядке, правда, — пытаюсь успокоить ее я.

— Моя работа — убедиться, что все в безопасности. Я…

— Прекрати, — говорю я ей. — Это и моя вина тоже. Мне следовало сказать раньше. — Чувство вины все еще тяготит меня, настолько сильно, что я не уверена, что мне стоит возвращаться на работу в «Осборн Корп». Я облажалась. Я должна была рассказать кому-нибудь об электронных письмах.

— Прекратите обе, — рявкает Па. Мы все поворачиваемся, чтобы посмотреть на него. — Никто не может контролировать безумие. В этом нет ничьей вины. Поверьте мне. Я прошел через это. «Если» и «но» никого никуда не приведут, только заставят застрять там, где вы не захотите быть.

Слова Па доходят до меня, и я знаю, что он прав. Нам нужно отпустить все это. Жизнь в этом только дает тем, кто причиняет нам боль, больше власти.

Я смотрю на Джордана, чье взгляд, как всегда, устремлен на меня. Не думаю, что для него это будет так просто. Его собственничество, кажется, растет с каждым днем. Он тянется ко мне и притягивает к себе. Я подхожу к нему, растворяясь в нем. Я знаю, что он понимает, о чем говорит его отец, но я не уверена, как много на самом осознает. Думаю, ему все еще нужно больше времени.

— Мы хотели дать вам знать, чтобы брали столько времени, сколько вам нужно, — говорит Райан, нарушая молчание. — Майлз сказал, что какое-то время не хочет тебя видеть, — добавляет он, глядя на меня. Я киваю. Все на работе были так добры ко нам. Я не привыкла к тому, что вокруг так много друзей и людей. Это трудно принять. Трудно привыкнуть.

— Ладно, к черту, — наконец говорит Джордан, его нетерпение берет над ним верх. — Все должны уйти.

Все поворачиваются, чтобы посмотреть на него. Мое лицо краснеет, но ясно, что он на пределе своих возможностей.

— Я ждал этого всю неделю. — Я чувствую, что мои глаза вот-вот выскочат из орбит. Я не могу поверить, что он только что сказал это перед своим отцом и боссом.

— Джордан! — кричу я.

— Нет, маленькая птичка, я больше не буду делиться. Все вон. Я хочу побыть наедине со своей женщиной, — говорит он. Я чувствую, что сейчас умру от смущения, но когда оглядываюсь, они все улыбаются. Ну, кроме Джордана, потому что люди, кажется, не двигаются так быстро, как ему хотелось бы.

Я собираюсь ударить его по груди, но он хватает мои запястья, поднося мою ладонь к своим губам. Наши взгляды встречаются, когда он целует мои запястья, позволяя своим губам задержаться на моей коже.