Восхождение Примарха 2 (СИ)

Когда я в сопровождении Карины и Ван Ли подошёл к дворцу, Варвара уже ждала нас на крыльце. Она вышла загодя, чтобы подышать свежим воздухом, так как мы прибыли даже раньше условленного.

Принцесса стояла и жадно вдыхала запах моря. Затем оглядела нас и приняла весьма удивлённый вид.

Обняв мою сестру, она слегка отстранила её, но оставила свои руки на её плечах.

— Как же всё-таки тесен наш мир, — проговорила она, улыбаясь и качая головой. — Я же помню тебя с приёма. Ты там такая красивая ходила, что меня аж передёргивало.

Так и хотелось тебе… подпалить платьишко немного, — она засмеялась, и сестра за ней. — Но ничего, хорошо, что обошлось.

— Да уж, не хотелось бы повторить судьбу Люберецкого, — пошутила Карина, и тут уж они обе согнулись от смеха. Улыбался и я, и мастер из Поднебесной.

На звуки нашего хохота вышла Хунь Ли. Она оказалась маленькой и худой, как и Ван Ли. Только она была ещё миниатюрней него. Я поклонился ей, а она мне в ответ.

Мне очень понравились её добрая улыбка и открытый взгляд.

Такому человеку хотелось верить.

Девушки пошли заниматься ближе к воде. Хунь Ли отправилась с ними. Мой же учитель смотрел на меня вопросительно.

— Сегодня я бы предпочёл отдаться родовой магии, — сказал я ему. — Я кое-что узнал из этой книги, — я мельком показал дневник. — И теперь хочу попробовать применить это на практике.

— А что именно вы хотите попробовать, если не секрет? — спросил Ван Ли.

— Тут описана методика укрепления тела для лучшего функционирования магических способностей, — ответил я.

 — Вот, думаю, попробовать.

— Это очень хорошо, — одобрил учитель. — Развитие в родовых техниках особенно способствует прогрессу. Лучше всего, когда овладеваешь сразу двумя-тремя разными на базовом уровне и начинаешь их сочетать. Тогда они сплетаются в тугой канат, который не под силу порвать обстоятельствам.

Я кивнул. Ван Ли порой говорил так, словно он древний философ. Но я понимал, что он так мыслит и так чувствует.

Я выбрал удобное место под одной из сосен так, чтобы мне было видно тренирующихся девушек, расстелил коврик и сел.

Теперь надлежало расслабиться и начать оборачивать эфиром вены и артерии.

Когда я спросил у бабушки, зачем и то, и другое, она ответила:

— Всё, как с кровью: одни каналы — брать, другие — отдавать.

Вроде бы всё ясно. Я закрыл глаза, чтобы яснее прочувствовать ритм собственного сердца.

«Подожди, — сказал Архос. — Есть одна идея».

«Какая же? — поинтересовался я. — Вероятно, важная, раз ты меня прервал».