Кристмас

Какие-то клоуны здесь «дурку» гнали, а потом…

Коренастый кривоногий крепыш, вооруженный пистолетом-пулеметом «кобра», озирался, пригнувшись:

– Хрен ее знает, что тут такое. Валить надо отсюда, Лось! Хоть на своих двоих!"

"Они шли по ночной деревне. Внезапно в мертвых домах поочередно начал зажигаться и гаснуть свет. Крепыш не выдержал и дал по окнам длинную очередь. Остатки стекол зазвенели, осыпаясь. Из этого звона вырос смех: отрывистый и безумный, он пролетел над улицей. Пистолет-пулемет Кривоногого, охваченного страхом и злостью, вновь задергался в огненных вспышках.

Он услышал, как вскрикнул Лось, и обернулся. Рядом с его корешем материализовалась фигура в белой накидке с капюшоном. «Макаров» издал два приглушенных хлопка, и крепыш, как в замедленном просмотре, увидел темные дырочки в накидке, костистую длинную руку, змеей скользящую к груди его друга. С неприятным звуком рука вырвала сердце Лося, подержала на ладони бьющийся комочек и бросила в крепыша. Сердце попало ему прямо в лицо, обдав своим последним жаром.

Крепыш понял, что эта заснеженная дорога, с покосившимися столбами на обочине – последнее, что судьба уготовила ему увидеть в жизни. Вспомнилось, как он убивал, пытаясь представить себе, что чувствовали жертвы. Но нестерпимо хотелось жить. Должен же быть хоть какой-то выход! Он отщелкнул от «кобры» отстрелянный магазин и вставил новый.

Вдруг крепыш увидел, что прямо навстречу ему идет ребенок. Девочка, совсем маленькая. Вид маленькой девочки, в белом платьице идущей по зимней деревне, настолько потряс его, что он опустил оружие и застыл на месте.

Огонь скользнул под правую лопатку и спрятался в легком. Одновременно кто-то бережно вынул оружие из его ослабевшей руки.

«Почему не в сердце?» – мелькнула мысль.

Огонь проехал до лопатки и не давал упасть, поддерживая. Чья-то сильная рука держала его на ноже.

Девочка подходила ближе и ближе. И только сейчас до сознания мужчины стала доходить вся правда – ОН С УЖАСОМ УВИДЕЛ, ЧТО ОНА МЕРТВАЯ. Одутловатую, промявшуюся местами кожу покрывали трупные пятна.

На крепыша надвигался запах давно сгнившей плоти. Нож начал давить сверху вниз, и мужчина наклонился. Девочка уставилась закатившимися глазами ему в лицо, улыбнулась и выдохнула смрадом. Крепыша вырвало кровью.

«Пусть это закончится!» – крикнул он про себя.

Очевидно, его услышали, потому что в следующее мгновение длинная очередь из «кобры» разнесла ему череп.

Если кто-то найдет этот дневник, то знайте, вам отсюда одна дорога – в ад.