Приключения майора Звягина. Роман воспитания

— Хотите кинзы? — Сосед по столику, истолковав его молчание в пользу согласия, посыпал дымящееся мясо тертой пахучей травкой и завинтил баночку.

Звягин ограничился сухим «благодарю». Случайного знакомства с банальными разговорами не хотелось. Жена с дочкой укатили на весенние каникулы в Москву, и Звягин, подобно многим семейным людям, находил особенное удовольствие в недолгом одиночестве.

— Весна… — молвил сосед, вздохом и паузой приглашая к беседе. — Нева, Зимний дворец… — Перевел взгляд на противоположный берег. — Знал Петр, где строить город.

— Да, — холодно сказал Звягин. — Петр знал, где строить город.

— Игла Адмиралтейства, — куковал сосед, — купол Исаакия…

Он, похоже, настроился цитировать путеводитель для туристов.

— Казанский собор, — отрубил Звягин. — Невский проспект, Смольный монастырь. Пискаревское кладбище.

Край полосатого тента хлопнул под ветром и сбил с общительного едока шляпу. Шляпа плавно перевернулась в воздухе и шлепнулась в блюдце с кетчупом. Сосед вдруг побелел, затрясся и с маху швырнул шляпу в урну. На голове его обнаружилась косая унылая проплешина.

— Вещи — тлен, — изрек Звягин, — по сравнению с бессмертной красотой архитектуры нашего города.

Издевка не вызвала реакции. Сосед вгрызся в мясо, обнажив прокуренные зубы.

— А если бы брюки запачкались? — с интересом спросил Звягин. — Тоже в урну?

— В урну! — прорычал тот, жуя и задыхаясь.

— Чуждый нам образ жизни миллионеров, — согласился Звягин, — имеет свои привлекательные стороны. Например, носить новые сорочки, выкидывая грязные. Говорят, у них там жутко захламлены улицы.

— Ненавижу этот город, — прошипел сосед.

— А что ж вы в нем делаете?

— Тяжкая доля. А вы не пробовали поменять Ленинград на Конотоп?

Мятое, усталое лицо соседа выразило беспомощную покорность: он покорялся глумливости собеседника, пропаже шляпы, всем бесчисленным неприятностям, читавшимся в ранних морщинках.

— Молодец, — зло одобрил он. — Никогда никому не сочувствуй.

— Хочу! Ты угощаешь?

Из респектабельного «дипломата» блеснула бутылка «Стрелецкой», рыжая струя зашуршала в бумажные стаканчики: бульк, бульк.

— Кх-ха… А ты что же?

— Хочу, — с сожалением подтвердил Звягин, — но не могу.

— Я подшит, — горестно сказал Звягин. — Месяц как из ЛТП. — И пояснил: — Лечебно-трудовой профилакторий.

— Ух ты… — без сочувствия сказал сосед. — Тогда — твое здоровье!

Переступив по песку ближе, протянул руку — несильную, нерабочую:

— Леня, — Звягин изобразил слабое пожатие.