Любовница Президента

Да! Это он! Это тот мужчина, о котором ты спрашивала!

Я захлебнулась, подбила чашку и закричала…широко раскрыв рот и задыхаясь от нехватки воздуха, чувствуя, как синеют мои губы, и глядя широко раскрытыми глазами на Оксану, которая громко закричала:

— Врача! Немедленно зовите врача! В двадцать седьмую!

Глава 17

Это не ревность… ревность другая. Она сводит с ума, она монотонна, она ядовита, а я не ревную, я чувствую, что меня опустили с головой в грязь и держат там, давая захлебываться вонючей водой предательства. Я глотаю ее, глотаю, и я в ней тону. Одна.

(с) Ульяна Соболева. Паутина

Мне все же вкололи успокоительное, и на какое-то время я смогла заснуть, отключиться. Когда пришла в себя, первое, что сделала, это дождалась прихода Оксаны и вцепилась в ее руку мертвой хваткой. Меня продолжало трясти так, что зуб на зуб не попадал. А мне не было холодно, наоборот — меня бросало в жар, и я обливалась потом. Никогда меня еще так не лихорадило и никогда в моей жизни я не испытывала настолько паническое ощущение разорвавшегося в моей жизни апокалипсиса. Мне казалось, что хуже не бывает, казалось, что от меня остался только пепел. Я стерта как личность, как человек. Меня больше нет. Есть только чудовищные поступки….И я не знаю, кто будет за них отвечать.

— Я хочу избавиться от ребенка. Пусть мне сделают аборт или выкидыш. Дайте мне каких-то лекарств. Что угодно. Только быстро. Нельзя ждать ни минуты, умоляю.

Девушка в ужасе посмотрела на мое полубезумное лицо и отрицательно качнула головой. А мне захотелось ее за это ударить. Как она может трясти головой, как может отказывать мне, если это…это даже обсуждать нельзя. Просто нужно сделать как можно быстрее…пока я окончательно не потеряла разум, пока не успела полюбить этого ребенка настолько, что не смогу с ним расстаться.

— Это надо обсуждать с врачом. Так нельзя. Никто просто так ничего не сделает. Аборт. Можно подумать, у нас здесь абортарий. Для этого много всего нужно. Анализы, заключения врачей, УЗИ. Нужно многое решить. Так просто «дайте мне что-нибудь» не получится. Никто не сделает тебе аборт! Это больница…здесь спасают жизни, а не отбирают их!

— Что значит, никто не сделает? Отведите меня к вашему гинекологу, и я попрошу его сделать мне аборт. Это мое тело. Я решаю — носить его или нет. Мне нужно это сделать немедленно!

Она смотрела на меня с каким-то удивленным презрением и даже выдернула руку из моей руки.

— Все эти дни мы боролись за жизнь этого ребенка.