Предназначенный

Неферет не призналась, что от них у нее леденело в животе… что она никогда не смогла бы позволить человеку прикоснуться к себе и не причинить ему вреда… больше никогда. Вместо этого она просто слушала признания Ленобии:

""Однажды я любила человеческого парня. Когда я потеряла его, я практически потеряла себя. Никогда больше я не позволю случится этому снова, поэтому я предпочитаю держаться подальше от всех людей.""

Неферет закрыла глаза, сделала глубокий вдох и вонзила свои длинные, заостренные ногти в ладонь левой руки. Как только кровь хлынула и закапала, она предложила ее рыскающим вокруг нее теням, думая о ковбое, которого она так удачно ""посадила"" в почву навозных дорожек для верховой езды в манеже Ленобии.

Силу Тьмы мне одолжи

Его чувства покажи!

Боль в ее ладони была ничтожной по сравнению с натиском ледяной силы, которую она получила. Неферет управляла ею и направила в сторону конюшен. Она была по праву вознаграждена. Она смогла почувствовать пыл и сожаление человека-ковбоя… его радость и желание. И тогда она засмеялась вслух, потому что также почувствовала его боль и замешательство, наряду с отголосками, которые могли быть только несчастьем Ленобии.

— Это восхитительно! Все идет согласно моим планам.

Неферет рассеянно смахнула самые напористые из нитей Тьмы и лизнула свою ладонь, закрывая рану.

— Пока это все. Вам придется подождать, чтобы получить больше, — она засмеялась над их нежеланием перестать ею питаться. Она легко ими управляла.

""Они знают, что моя истинная преданность, моя истинная жертва, только для него — для белого быка."" Лишь мысль о нем, о его величественной силе, заставила Неферет затрепетать от страстного желания. ""В нем было все, что должно быть у бога или богини; я многому могу научиться у него.""

И тогда Неферет приняла это решение. Она найдет оправдание на слишком большую любознательность Танатос и покинет школу еще до рассвета. Она должна быть вместе с белым быком, ей необходимо впитать побольше его силы.

Она закрыла глаза и вдохнула запахи ночи, позволяя думать о Супруге, самой Тьме, добивающейся ее. И на мгновение Неферет поверила, что она была почти счастлива.

Потом вторглась она. Она всегда назойливо вторгалась.

— Правда, Шони, ты не можешь остаться здесь.

На губах Неферет появилась в презрительная усмешка, когда она открыла глаза и посмотрела вниз за ее окно, на тротуар под ним. Зои поймала черную девочку за руку и, очевидно, пыталась не дать ей выйти на парковку.