Измена. Двойное предательство (СИ)

Услышала женское хихиканье в глубине гостиной, почему-то неосвещенной, и остановилась. Шагать дальше было страшно. Кто смеется? По голосу вроде Галя. Но с кем ей смеяться, да еще и в темноте?

Что-то подсказало не идти дальше и оставаться незамеченной, подслушать.

Раздался мужской смех. Смеялся Олег, вторил смеху нашей суррогатной мамы. Может, они мне сюрприз какой приготовили? С Галей мы подружились, она простая, бесхитростная деревенская девушка. Зря Лена на нее наговаривала, такие гадости говорила, что мне до сих противно было. А внутри уже появлялось ощущение, что есть в ее словах смысл. Слишком подозрительно вели себя муж и Галя.

– Скоро он родится, Олежа, – довольно засмеялась сурмама, – наш малыш.

Наш? Как это наш?! Это мой ребенок. Из моей яйцеклетки. Оплодотворенный в лаборатории ЭКО-центра материалом моего мужа. Как он может быть Галин? Я что-то не так поняла. Липкими от волнения руками пригладила волосы. Пальцы дрожали. Я ничего не понимала…

– Ты же на родах присутствовал будешь, Олеж? – снова замурлыкала Галя, а у перед глазами мушки замелькали, стало дурно. Это сон, страшный сон, этого не может быть.

– Буду, конечно буду, Галенька, – ласково заговорил муж…

Предатель…

Оба они предатели, муж так подло поступил, а Галя отплатила злом за доброту.

– А ты скоро разведешься?

– Дай хоть ребенку родиться, Галь…

– У меня тоже ребенок, а еще дочь в деревне, я ее хочу забрать и вместе детей воспитывать.

Не выдержала и вышла вперед, чтобы они меня увидели. Гадина и подлый муженек отпрянули друг от друга, вскочили с дивана, но я видела, что они держались за руки.

– Рита, что ты тут делаешь?

– Что я делаю в собственном доме, Олег? Хороший вопрос. Но важен другой. Что вы делаете?

Холодность давалась мне очень нелегко, держалась лишь на желании понять, что происходит.

– Мы тебя не ждали так рано.

– Это я заметила. Давно вы любовники?

Галя ахнула, а муж пошел ко мне.

– Ты всё не так поняла. Не устраивай скандал.

– А разве я устраиваю? Но я имею право знать, что происходит.

– Я рожу Олегу ребенка! – подала голос Галя, и от прежней милой девочки не осталось и следа. Передо мной стоял не белокурый ангел, а злобная хищница. Как я могла быть такой слепой? – Сделаю то, что ты не смогла.

– О чем она, Олег? – повернулась к мужу, он горел злобой.

– Помолчи, Галя!

– Нет, пусть она говорит, – потребовала я, не в силах унять дрожь.