След предателя

Отложив фотоснимок в сторону, Тимофей взял следующий, заметно отличающийся от первого. Он имел четко дешифровочные признаки, не нужно было особенно ломать голову, все было понятно и так. Изображения легко распознавались по форме: вот здания, стоящие на окраине луга; просека, тянувшаяся через лес прямой линией; в виде коротких черточек — два моста, переброшенные через реку.

На поле просматривалась геометрически правильная структура шести танков, расположившихся по прямой линии на скошенном поле. Длинные линии, разрезающие ландшафт, — это окопы, в которых угадывались квадраты с расположенными в них блиндажами. Присмотревшись, можно было различить даже колючую проволоку, в несколько рядов окружающую траншеи. Не иначе как эшелонированная и хорошо укрепленная оборона.

Романцев взял два снимка и попытался совместить их края. Не совпадают! Снимки были из разных квадратов.

Строго посмотрев на побледневшего лейтенанта, капитан спросил:

— Вы хотите сказать, что эти аэрофотоснимки семьдесят первого квадрата?

Все заготовленные слова встали поперек горла, с этим следовало что-то делать, и лейтенант сдавленно сглотнул:

— Нет… Я не видел прежде этого снимка. Тут лежали другие, настоящие.

— Куда же они в таком случае подевались?

Лейтенант Муртазин взял пачку аэрофотоснимков и внимательно просмотрел каждый.

— Их здесь нет.

— Куда же они могли, по-вашему, деться?

— Просто ума не приложу!

— Получается, настоящие снимки подменили фальшивыми?

— Получается, что так. Но я к этому не имею никакого отношения.

— Как же тогда настоящий снимок попал к фальшивым?

— Не могу знать… Хотя у меня есть предположение. Этот снимок мне показался особенно сложным для дешифрирования, и три дня назад где-то часов в девять вечера я забрал его с собой…

— Куда именно забрали? — тотчас спросил Романцев.

— Просто работал в другой комнате, — быстро пояснил лейтенант. — Там у нас схемы, приходится заниматься и ими, работы много… А утром следующего дня я завершил дешифрирование и положил его обратно. Прямо на те снимки, что лежали в столе.

— Значит, после девяти вечера кто-то подменил снимки? И вы, не заметив, что там лежат фальшивые, положили на них свой, настоящий.

— Получается, что так.

— У кого есть ключи от этой комнаты?

— У меня и у майора Артемьева.

— Где он сейчас может быть?

— Мне трудно сказать… Может, пошел в соседний поселок.

— Что он там делает?

— У него там друзья, с которыми он служил раньше.