Право на счастье (СИ)

Затем встал, прерывая весь этот фарс, и глядя на барона, с угрозой произнес:

— Подлость, Вилленский, вернется вам сторицей! Берегите сыновей!

Глядя вслед бывшему супругу, Катарина с болью вспоминала их первую встречу… Тогда он казался ей идеальным возлюбленным, сейчас стал идеальным врагом… Но когда из двух зол приходится выбирать меньшее — лучше зверя иметь врагом, чем господином…

Лорд Анеро все еще что-то зачитывал, затем все оставили росписи на решении Совета Лордов Ратасса, и только тогда отец протянул ей руку, помогая встать.

Ее подпись не требовалась… только устное согласие.

— Катарина, дитя мое, вы хорошо себя чувствуете? — встревожился барон.

— Соответственно ситуации, — Кати поднялась, не глядя на императора, даже не желая повернуть голову в его сторону, направилась к двери.

— Баронесса ассер Вилленская, — окликнул ее лорд Анеро, — я просил бы вас задержаться.

Катарина резко обернулась, и поняла, что все лорды Совета уже покинули зал, но лорд Анеро и Хассиян не сдвинулись со своих мест.

— Могу я узнать причину вашей просьбы? — ледяным тоном осведомилась Катарина.

— Идем, Кати, — барон обнял плечи дочери и подвел к столу. Сели на этот раз значительно ближе к императору.

— Ознакомьтесь с договором, — лорд Анеро протянул ей несколько скрепленных лентой листов.

Тех самых листов, что Хассиян читал, когда Катарину привели в его кабинет. И девушка медленно коснулась договоров, уже не ожидая ничего хорошего.

Ян же недовольно взглянул на своего доверенного, и Анеро тут же исправил его оплошность:

— И со вторым так же просьба ознакомиться!

Катарина взяла и второй договор.

Первым было соглашение о принятии империей Ратасса новых территорий именуемых княжеством Ортанон, в составе двух островов — Дакоер и собственно сам Ортанон. Десятки пунктов взаимных обязательств, очень расплывчатые формулировки по обязательствам Ратасса в оказании военной поддержки. Вот теперь стали понятны визиты императора в особняк Вилленских — Хассияну не один час потребовался, чтобы заставить барона подписать столь невыгодный договор. В конце соглашения уже стояла витиеватая роспись Вилленского, затем резкая, размашистая императора, и пустое поле, где значилось имя Катарина ассер Вилленская, глава ордена Девы Ортанонской.

Девушка пристально посмотрела на императора. Ей действительно очень многое стало понятно… Слишком многое. Не будь тех двух лет бумажной работы, которой ее заставлял заниматься Дариан, она, вероятно не поняла бы ничего, но сейчас!..