Пристрелите нас, пожалуйста!

 – Ты же опустилась! Обленилась вконец! Тебя ничто не интересует, кроме дебильных сайтов для домохозяек, где ты просиживаешь с утра до ночи! В доме посуда не мыта, а ты прилипла к компьютеру!

– Домработница придет и все уберет, – улыбалась Ульяна, которую злость мужа только забавляла.

– А ты на что?! Ты же ничего не делаешь!

– У меня бизнес, – важно говорила Ульяна. – Я торгую мебелью. Налоги государству плачу, и немалые.

– Это у меня бизнес! Это я налоги плачу!

В документах и в самом деле стояла подпись Ульяны Федоровны. Для этого ее поквартально возили в банк, где к ней обращались «госпожа директор». Аркадий ничего не мог поделать. Жена отказывалась подписать документы на развод. То есть соглашалась, но при условии, что записанный на нее бизнес весь ей же и отойдет. На это Аркадий пойти не мог. Остаться нищим он был не готов.

Так они и жили. Соседи даже не подозревали, какие страсти кипят за стенами добротного кирпичного особняка, считая супругов Телятиных людьми вполне мирными, хотя и жадными, как все буржуи.

Жизнь в браке, насчитывающем не один десяток лет, развивается по двум сценариям. Либо супруги прорастают друг в друга корнями и становятся одним целым, и тогда это огромное счастье. Либо годами копят ненависть, а для разрядки чуть ли не ежедневно устраивают скандалы с битьем посуды, с воплями, иногда даже с дракой, и тогда это великое горе. И закончиться все может очень и очень печально.

Как это и случилось у Телятиных. Они решили друг друга убить. Причем решение это пришло им в голову одновременно, как раньше приходили другие мысли, не криминальные.

С этого все и началось.

Поскольку образ жизни Аркадия и Ульяны был разным – он каждое утро уезжал на работу, она безвылазно сидела дома, – к убийству ненавистной второй половины супруги тоже подошли по-разному. Он по-деловому, она с душой.

Аркадий позвонил своему чуть ли не единственному другу, директору частного охранного предприятия, и назначил встречу в дорогом ресторане, где сказал:

– Гарик, я так больше не могу.

– Понимаю, старик, – кивнул тот и заказал паровую стерлядь. Он знал, что может позволить себе все. За счет Телятина.

– Лика совсем обнаглела. Хамит мне, за собой не следит, распустилась, стала как кадушка. Мы давно уже не спим вместе. При мысли о том, что надо ее поцеловать, меня начинает тошнить.

– А надо? – спросил Гарик, запивая нежнейшую стерлядь отличным, в меру охлажденным «Шабли».

– Но она пока еще моя жена! – с тоской сказал Аркадий.