Пристойное поведение

А еще контекст может, например, заставить сочувствовать мужику, крутящему бурный роман за спиной беременной жены. Ей рожать со дня на день, а у меня березки за окном, деревеньки полузаброшенные. Дорожная глухая романтика. С каждой минутой я все дальше от Москвы, помогаю другой женщине свозить ее больного дядюшку попрощаться с семьей, которая его терпеть не может, на письма-звонки не отвечает. Вот нафига мне эти сложности?

Две минуты назад, сразу после того, как проводница притащила стаканы с чаем, Вероникин дядя заявил, что я — хороший человек. Боже, снимите с меня этот ангельский символ, уши натирает, которые, кстати, горят со вчерашнего дня по непонятной причине.

Владимир Иванович, до вас мне, по большому счету, нет вообще никакого дела; если бы я не млел от улыбки вашей горячей племянницы и не пытался эту улыбку вызывать всяческими способами, очень сомневаюсь, что вы бы остались обо мне столь же высокого мнения. Сам того не понял, как вместо офиса в период горячки оказался в этом тесном вагоне, и под равномерный стук колес по рельсам выслушиваю ваши бесконечные истории из шальных девяностых. Сам, блин, не понял.

Вы меня практически не раздражаете. Даже больше, я чувствую признательность за Веронику, так что продолжайте болтать, черт с вами, послушаем.

Веро смотрит в окно, хмурится, о чем-то задумалась. А в вагоне уютно просто от того, что она здесь находится, причем не то чтобы в принципе, и не кому-то другому, а именно мне. Эксклюзивное право на уют рядом с этой женщиной. От одной мысли пульс учащается."

"Контекст может спасти, а может уничтожить. Всегда есть причины, даже суд вынужден с ними считаться, терпеливо выслушивать различные версии и выносить вердикт на основании общей картины. Но реальный мир — это вам не какой-нибудь суд, пусть даже и продажный, в простой бытовой жизни мы предпочитаем делать выводы, основываясь исключительно на собственном опыте. Я изо всех сил стараюсь не делать этого. Мне хочется начать все с начала с женщиной, которая меня любит. И ради которой я творю глупости, подобные сегодняшней.

Мыслей в голове — осиный рой, и вроде бы слушаю дядю, но постоянно переключаюсь на собственные проблемы.

-..И тогда я решил, что куриных окорочков с меня хватит! Все, никаких продуктов! Руки лучше мне отрежьте по локти обе! По этой самой причине, между прочим, Европа для меня, Егор, закрыта, только сунусь — ей-Богу, двадцатка минимум светит.