Поцелуй по-эльфийски

Держался он хорошо и был удобен для тренировок, но почти ничего не скрывал.

– Целители бы тебя раздели полностью, – напомнил Дьен, сам не так давно лежавший почти обнаженным под легким покрывалом. – И поверь, я не собираюсь позволять себе ничего лишнего.

– Верю, – я не знала, как объяснить. Дело ведь не столько в неверии или смущении, сколько в его опасной близости.

Наш брак – условность. Об этом не стоит забывать. Но помнить, сидя перед ним почти без одежды, видеть жадный взгляд и чувствовать нежные, ласкающие прикосновения, слишком нелегко.

Устав ждать, Дьен сам потянул кофту наверх, и мне оставалось поднять руки, помогая себя раздеть.

Эльф действительно не позволял себе ничего лишнего, профессионально смотрел только на плечо и касался исключительно его, спускаясь спереди не дальше ключиц, а со спины не ниже лопаток. Он наклонился ближе, и я почувствовала его теплое дыхание, щекотавшее шею.

От пальцев, обхвативших плечо, полился холод, а потом с характерным щелчком сустав встал на место. Вздрогнула я скорее от неожиданности, чем от боли.

– Все? – спросила я, поднимая глаза на Дьена.

– Да, – подтвердил он, вставая и разворачиваясь ко мне спиной. – Если где-то начнет болеть или станет нехорошо – сразу говори.

Я осторожно коснулась его спины, под тонкой тканью тренировочной водолазки были напряженные мышцы. Мне захотелось провести по позвоночнику, но эльф отстранился и резко встал.

– Отдыхай, я зайду к тебе позже и занесу обед. Тебе пока не стоит напрягать ногу.

Все это он произнес, находясь ко мне спиной, своим обычным ровным голосом.

Мне нужно позавидовать его выдержке или ему не так уж и хочется стать ко мне ближе? Вчера он, конечно, ответил на поцелуй и было видно, что ему понравилось. Но вдруг это было под влиянием момента? А так я по-прежнему остаюсь для него той, что насильно сделала его своим мужем, лишив будущего…

Дьеналь вышел, прикрыв за собой дверь, я же осторожно встала, испытывая свою ногу – кажется, ходить можно, и вытащила из шкафа второй комплект ученической формы. А потом подумала, и достала одежду понаряднее. Просто так. Исключительно для себя. Длинная юбка из тяжелой атласной ткани с благородным блеском и тонкая, с намеком на прозрачность блуза – самое то.

Дьеналь вышел из общежития, не застегнув куртку. Морозный воздух подействовал не хуже холодной воды в душе. Жаль, что мысли так легко не смывались и не выветривались.

Сначала он был в ярости.