Княжий посол

Данила ее приподнял и тут же поставил на место, тяжеленная, зараза!

Наська восторженно разглядывала все предметы, трогала их, аккуратненько, одним пальчиком.

– Ух ты, из всего этого мой дядька может выковать меч, как у тебя?

– Да.

– Мой батька колдун!

– Нет, ты настоящих колдунов не видела.

– А ты видел? Убивал их?

– Я не убивал, но батька мой да, и много.

– Твой батька очень хороший!

– Да, – погрустнел Данила, думая о скором расставании.

– Я бы хотела, чтобы у меня был такой муж, – потупив глаза, сказала Наська.

– А какая бы женщина не хотела. – Молодцов захотел увести разговор в сторону, но у него не получилось.

– Или такой, как ты, – сказала девушка, будто не слыша других слов. – Мне говорил Вакула, ты просил его не выдавать меня замуж. Значит, ты решился? Ты хочешь сделать меня своей женой?

Прежде чем Молодцов успел что-то ответить, Наська сказала:

– Я согласна, Даниил, согласна.

Он даже не разглядел, как это случилось. Наська села на горн, в одно мгновенье стянула с себя верхнее платье, осталась в одной белой нижней рубахе:

– Сделай меня своей женой, Даниил.

Молодцов отчетливо видел в темноте кузни белые ножки, белую рубаху, знал, что под этой рубахой ничего нет, что там юное тело, жаждущее его, искренне. Он сглотнул подступивший ком в горле.

– Наська, Нася, ты…"

"Девушка спрыгнула с горна, прильнула к мужчине. Она сегодня уже столько натворила, что ей было все равно, прогонит дядька, ну пусть, плевать на все…

– Ты любый мне, Даниил, ты самый лучший. Самый.

Данила держал руки по швам, потому что понимал: если он даст им волю, то уже не отпустит девушку. А Наська с неожиданной сноровкой проникла под его пояс, и девичьи пальчики коснулись мужского естества.

– Даниил, скажи, что тебе не нравлюсь, я не люба тебе? – В голосе звучал самый настоящий страх.

Наська как умела пыталась возбудить Молодцова, но в этом не было необходимости, он был и так напряжен до предела.

– Нет, ты мне нравишься, – хрипло ответил он.

– Да, правда? Тогда возьми меня скорее.

Данила собрал волю в кулак.

– Послушай, милая. Ты очень хорошая девочка, ты добрая, красивая. Я очень хочу с тобой. Ты ведь чувствуешь. Ты ведь чувствуешь, правда?

– Да, – робко пискнула девушка.

– Но я не могу. Мне нельзя, понимаешь? Ни к чему хорошему это не приведет. Я могу тебя взять с собой. Найду хорошего мужа, чтобы любил, заботился о тебе.

– Но почему не ты?

– У меня уже есть невеста. Наська, нельзя так, чтобы с двумя, если двух любишь, то не любишь ни одну.