Порочное зачатие (СИ)

Это достаточно личное?

- Для начала сойдёт, - не могу сдержать ответную улыбку.

Потом одёргиваю себя, вспоминая, что ещё час назад сгорала от ревности и кляла Демида последними словами. Ничего, ведь, не изменилось, так? Это простой ужин. Я не его любовница… И не хочу соглашаться на его условия!

- Но на рыбалку я давно не ездил, - внезапно продолжает Демид. – Отец с матерью развелись, когда я был маленький. У него другая семья и другой сын, с которым он, наверное, ездит.

Демид снова делает глоток воды и задумчиво смотрит в окно.

- Когда вы с ним последний раз виделись? – робко спрашиваю, боясь спугнуть момент его открытости. Кажется, сейчас его раковина слегка приоткрылась, и я могу заглянуть внутрь. Может быть, даже удастся разглядеть скрытую внутри жемчужину?

- Давно, - Демид отрезает кусок форели и отправляет в рот. Странно, что мне нравится смотреть, как он ест? Никогда бы не подумала, что может показаться сексуальным, то, как ест мужчина. Но этот процесс в исполнении Ларина почему-то завораживает. – Ещё до аварии."

"Он произносит это спокойно. С таким видом, будто мы уже не раз касались этой темы. Но это не так. Демид ни разу не рассказывал мне о том, как повредил ногу. Не говорил, откуда у него хромота. Вообще ничего.

- Аварии? – не могу не переспросить. – И давно это было?

- Три года назад, - говорит он, отпивая воду. – Не могли бы вы принести ещё этот чудесный соус? - внезапно он обращается к проходящей мимо официантке. – Сливки, белые грибы?

- Да, - девушка искренне улыбается Демиду и стреляет в него глазами. А у меня внутри всё неприятно скручивается. И снова от ревности. Чёрт… да что же со мной? Ведь у меня нет на него прав! Нет прав, пока я не соглашусь на его условия… А потом? Будут? Или Демид, по-прежнему, будет делать что захочет?

Он вежливо кивает и снова возвращается к своей тарелке.

Комкаю тканевую салфетку, не решаясь снова спросить об аварии, а он в этот момент сам задаёт вопрос:

- Как там Маша?

Ясно. Хочет сменить тему.

Раковина захлопнулась. Его сердце снова под бронёй.

- Нормально, - сдержанно улыбаюсь. – Лариса Викторовна ей очень нравится.

Демид расспрашивает меня о сестре и няне, о том, какие игрушки из подаренных им «зашли» моей сестре, а какие – нет. Странно, что он ведёт себя так, словно ничего не случилось. Словно мы с ним давнишние знакомые, которые просто встретились за ужином.

Полтора часа проходят слишком быстро.