Лавка редкостей, или Наташа, ты попала!

— Замечательно, этот подойдет, — выбрал он красивый пузатый флакончик из граненого зеленоватого стекла. Пояснил: — Здесь тоже есть магия. То, что надо для духа. Ты готова? Если да, можем выезжать хоть сейчас.

Возможно, в другое время меня бы поразило, как легко перешел он на «Ты» вслед за мной. Но в тот момент я этого даже не заметила происходящего, потому что оглядела себя и вдруг поняла, что так и бегала по лавке в плохоньком домашнем платьишке. Увидела и громко ойкнула.

— Почти! Мне надо переодеться.

— Давай быстрее.

Духи хранители очень страдают, если их увозят из того места, которому они должны служить.

Последние слова меня подстегнули, я ринулась в спальню со всех ног, оглядела свои наряды и схватила новое васильковое платье. Понять мои мысли было легко. Мы едем в дом к знакомой даме маркиза, а, значит, я не должна ударить в грязь лицом. Возможно у меня и нет такой одежды, как у здешней аристократии, но…

На этом месте поток моих мыслей забуксовал, я вдела руки в рукава, поправила под платьем сорочку, приладила на место плечи, юбку, кружево горловины и попыталась застегнуть пуговки на спине.

Ага! Как бы не так. Пальцы подрагивали от волнения, никак не могли поймать петли. Я с трудом осилила штуки три сверху и столько же снизу. Поразилась сама себе, как легко умудрилась вчера вечером всё это снять. Изогнулась самым немыслимым образом, растрепала всю прическу, раскраснелась, психанула и топнула ногой.

Время шло. Драгоценное, между прочим, время. И бабуля где-то страдала.

Одна! Без дома! Без дракончиков! На чужбине! Я сдула с лица непослушную прядь, выскочила стремглав в зал, повернулась к Алексу спиной и велела:"

"— Застегни! У меня ничего не получается.

Еще успела заметить обалдевшее лицо и только потом поняла, что происходит.

Мама дорогая! Как это я так? Но бежать назад было уже поздно.

Маркиз героически проглотил смешок. Принял вид невозмутимый, аристократический.

Я не знаю, как часто до этого дня ему приходилось застегивать пуговки на дамских нарядах, но справился он на отлично.

Очень скоро я услышала:

— Все, готово. Больше ничего застегнуть не надо?

Ах ты язва! Ни за что не признаюсь, что опростоволосилась. Если натворила черт знает что, надо сделать вид, что все идет по плану.

Я вернула своему лицу самое невинное выражение, обернулась и сказала серьезно:

— Нет, все остальное, у меня уже застегнуто.

— А жаль. Тогда в путь?

Я пригладила на ощупь волосы, выудила из-под прилавка ключи.