Попаданка. Двойной обмен

– Послушайте, этой краски я продала очень много. Она может храниться два, а то и три года, не теряя своих свойств. Ваш муж, планируя побег, мог перекупить у кого-то эту краску, а потом воспользоваться.

– У Ивэласа были раны, и их явно кто-то лечил, зашивал…

– Я – просто травница, а не лекарь! Может, он обратился к кому-то, а, может, сам наложил швы!

– И на голове выбрил волосы и зашил? Что ты врешь?! – Гамаиса оперлась о столешницу и заглянула мне в глаза.

– Мне это надоело! – я хлопнула ладонью по столу и поднялась. Краем глаза я заметила Пайриаса, который незаметно появился у входной двери, и это придало мне уверенности, – У вас есть веские доказательства? Нет?! Тогда покиньте лабораторию и не мешайте мне работать.

– Надо же… – лениво протянула Гамаиса. – Не думала, что ты будешь вести себя так хладнокровно. Это даже заслуживает некоторого уважения. Но все бесполезно, милочка, Ивэлас о тебе рассказал.

– Что за чушь? Он просто не мог обо мне рассказать.

Упрямства Иву не занимать, я уверена, что он не раскололся. Но, может быть, она придумала что-то ужасное?

– О да! Что только я не пробовала! Как только ни допрашивала! Как ни пытала! Молчит. Ни слова мне не сказал, – Гамаиса сделала паузу.

У них разрешено пытать своих мужей? Садистка! Неужели он действительно что-то ей рассказал? Тогда все очень плохо.

–  Но не всегда дроу может себя контролировать. Не всегда. Сны! Сны мы не можем контролировать, – продолжила вещать эльфийка. – Знаешь, что самое унизительное для него? Не его состояние и не цепи на руках и ногах, нет. Самое унизительное то, что он влюбился в тебя – толстую, уродливую человечку. Это такой позор! Хуже не придумаешь! А ведь это ты частично его обрила.

Гамаиса визгливо засмеялась. Я не понимала, о чем она говорила. Какая любовь? Она думает, что Ив в меня влюбился? Ерунда какая-то.

– Как ты думаешь, если я его окончательно обрею или обрежу челку*, он и меня полюбит?

______

У дроу челки обрезают рабам, а каторжников бреют.

______

– Вы хотите обратить своего мужа в рабство?

Разве это законно? Он же никого не убил, просто сбежал от ненормальной жены-садистки.

– Нет, сначала разведусь с ним. А что? Ты бы купила его, если б я продала?

Купить? Купить его? Но он же… а ведь это выход! Только ей нельзя показывать мои настоящие чувства.

– Вы хотите продать его мне на эксперименты? – несмотря на старание, в моем голосе прорезалась явная заинтересованность.

Даже противно стало от самой себя.