Купец. Поморский авантюрист

— Мне пора, — сообщил Митька, поднимаясь со скамьи. Наверное, не надо было объяснять, что его заждались, что Семён и остальные купцы беспокоятся из-за его отсутствия, волосы на голове рвут. — Спасибо еще раз за помощь.

— Подожди, — мягко сказал купец.

— Нет, я пойду, — попытался настоять Митька, разворачиваясь к дверям.

— Мы не договорили.

Митька не мог видеть, как купец подал своим наемничкам сигнал, но прекрасно видел, как те плотно затворили двери, став двумя каменными изваяниями подле порога. Уйти не получится. Как раз в этот момент вернулись и те, кого купец посылал слова рыбачка проверить. Агафон выслушал, побледнел, вернулся к Митьке.

— Присаживайся, — распорядился купец.

Рыбачок-таки уселся обратно на скамью. Приглашение выглядело недвусмысленным.

— Теперь выкладывай, кто ты есть таков? — спросил Агафон.

— Сэр Уиллоби, капитан английской экспедиции, направленной королевой Англии Марией к вашему Царю, — отчеканил заученные слова Митька.

— То бишь немец из Англии.

— То бишь да…

От напряжения рыбачок забарабанил пальцами по столу, это помогло не отвести взгляд. Агафон чуть подался вперед и сказал что-то, что Митька разобрать не смог, потому как говорил купец на латыни. Закончив, купец скрестил руки на груди. Прежде чем продолжить, он приказал своим наемничкам выйти, оставив их с Митькой наедине.

— Не понял ведь ни хрена? Вот и я говорю: чтобы немцы из тех, с кем я дело имел, да толковать по-русски так бойко могли? Не встречал таких, — мягко проговорил он, снова возвращаясь на русскую речь.

Митька осунулся. Матушки… раскрыли. Вот так сразу, достаточно было рыбачку заговорить. Купец, похоже, имел дело с немцами и раскусил обман на пороге. В отличие от новгородцев, которые, как Митька теперь уже понимал, вывели «англичан» на чистую воду в первый же день, у Агафона в деле с ним не было никакого интереса, и он прямо заявил, что никакой Митька не немец. Что делать-то теперь? Быть беде.

— Не боись, — продолжил Агафон, дав Митьке струхнуть по полной и, так сказать, насладиться моментом. — Не мое это дело.

— Спасибо, благодарю… — нашелся рыбачок, акцент мигом исчез. Он понимал, что нет смысла отнекиваться, пудрить купцу голову. Агафон вскрыл его с той же легкостью, как нож вскрывает консервную банку.

— Нос в чужие дела не привык совать, — пояснил свою позицию купец. — Если немцем представляешься, значит, так надо, а вот Семён со своими купцами, похоже, наглеет, кусок побольше захапать хочет. Нехорошо получается.