Мама на полставки (СИ)

Сабитов одеваться не спешил, а через секунду поступил еще более странно: шагнул к ванной и… опустился в нее с другого края.

— Что вы делаете? — прошептала я. — Что вы делаете? — промямлила, когда моей ноги коснулась его ступня.

— А на что это похоже? — усмехнулся босс и… неожиданно оказался рядом, нависнув надо мной.

Губы босса оказались так близко от моих — влажные, зовущие, приоткрытые. Неужели босс захотел меня поцеловать?

Он придвинулся ближе, тело заискрило от столкновения.

Сопротивляться? Не было даже мысли о сопротивлении, я зачарованно смотрела на его лицо, как он опустил вниз длинные ресницы и поцеловал меня.

Эмин прикоснулся к моим губам своими. Горячие, уверенные, твердые мужские губы мгновенно овладели моим ртом. От глубокого, страстного поцелуя меня затрясло…

Затрясло в буквальном смысле.

— Аня! Аня… Что ты здесь делаешь?

Цепкие мужские пальцы держали меня за плечо! Голос принадлежал боссу. Но как он мог одновременно целовать меня так страстно и при этом говорить?!

Что-то не совпадало, поняла я, и… проснулась с огромным сожалением.

— Проснулась! — заявил Эмин.

Мне нужно было время, чтобы прийти в себя и понять, где сон, а где явь?

Я лежала в ванной, полной теплой воды, пена совсем растаяла, а босс смотрел прямо на меня. Тело покрылось мурашками, они скользнули по шее и по груди, замаршировали строем вдоль треугольника между бедер. Я стыдливо схлестнула руки на груди, а босс отодвинулся.

Я осторожно посмотрела в его сторону.

Сабитов был одет, только сбросил пиджак и расстегнул пуговицы до самого низа на той самой рубашке. Я успела оценить, какой широкой и гладкой была его грудь. Очевидно, он уделял немало времени своей спортивной форме и мог даже похвастаться кубиками проработанного пресса. Что меня больше удивило, так это довольно большая чернильная вязь на груди мужчины! Почему-то я не ожидала, что этот утонченный франт наколет на себе замысловатую, объемную вязь.

— Что здесь происходит? — спросила я.

— Хочу задать тебе тот же вопрос! — выпрямился Эмин, сложив руки на груди. — Я зашел в свою спальню и увидел, что ты решила занять ее вместе с младенцем! Девочка на кровати, а тебя — нет. Ты в моей ванне.

— В моей. Ты заняла мою спальню. Нарочно? В этом есть какой-то умысел?

— Какой? — округлила я глаза.

Сабитов посмотрел на меня.