Три с половиной оборота

– Только бы все обошлось. – Он посмотрел на Марича, а потом резко перевел взгляд на меня: – Хотите чаю?

От чая я редко отказывалась. Мы устроились за огромным овальным столом в кухне с панорамными окнами. Артем быстро организовал чай и угощение.

– Это травяной сбор, – пояснил он. – Стараюсь на ночь крепкие напитки не пить. Попробуйте, очень вкусный.

Я сделала глоток. Карелин не обманул: напиток превзошел все ожидания.

По пути сюда я успела пересказать Маричу все то, что смогла услышать во дворце сегодня утром.

Он тоже не терял времени даром и встретился со свидетелем, о чем почему-то не торопился рассказывать Карелину.

Серб поднял чашку, но пить не спешил.

– Откупиться ты, я так понимаю, не пробовал?

Артем фыркнул и отвернулся к стене. Затем заговорил уверенно, делая большие паузы между словами:

– Серб, пусть откупаются те, у кого за душой есть грехи. Моя дочь не убивала Денисову.

– Я смотрю, ты в этом не сомневаешься.

– Полностью уверен, – подтвердил Артем.

– Вот незадача, сама Кира ничего о том дне не помнит.

– И что? – возмутился Карелин.

– То, что неплохо было бы нас об этом предупредить. – Теперь настал черед Марича говорить, выдерживая значительные паузы.

– Виноват. – Артем опустил глаза и провел рукой по отполированной столешнице. – Каюсь, Серб, смалодушничал. Но где гарантия, что ты взялся бы мне помочь, заяви я с порога, что у Киры память отшибло… Лена категорически против того, чтобы показать ее специалистам. Но я проконсультировался. Да, с дочерью они не общались, но говорят, что такое возможно.

Сильный стресс, подростковый возраст, тепличная восприимчивая девочка. Да и к тому же они с Катей с детства вместе занимаются. Мне, взрослому мужику, страшно подумать, что на месте Денисовой в то утро могла оказаться… Да любая могла оказаться!

Карелин сцепил руки в замок и положил перед собой, не поднимая на нас взгляда.

– В чем еще ты смалодушничал? – спросил Серб.

– Ни в чем, – покачал головой Карелин. – Рассказал все как есть.

– С родителями Денисовой ты после ее гибели общался?

– Я с ними только шапочно знаком.

Это Лена с Кирой всюду: на тренировки, соревнования. Она неплохо их знает. Звонила, выражала соболезнования, вместе с другими родительницами помогала собирать деньги на похороны.

– Киру они обвиняли?

– На тот момент нет, а теперь кто знает, как им голову промыли. Все эти нелепые улики, притянутые за уши… Да и наверняка им, как родителям, непросто смириться с мыслью, что дочь могла решиться на самоубийство.