За нейтральной полосой

 – Вот теперь шутка показывает, что Сережа проснулся окончательно.

– Нет... – Клаус не соглашается. – Скользкая дорога бывает, когда слегка подморозит. Сегодня заморозков не обещали... Мокрый асфальт при прямолинейном движении не мешает. Скоро будем встречать... Пойдемте, я покажу вам, где можно принять душ.

Немцы привыкли жить с комфортом. Сережа к комфорту равнодушен: есть – хорошо, нет – и не надо, но Селим этому рад и спешит в душевую кабину первым. У Селима настроение прекрасное всегда, если рядом есть душ, от отсутствия которого он с самого детства страдал у себя на жаркой родине...

Басаргин в своем послании особо отмечает, что поддерживает связь по просьбе Таку. И высылает сводные данные обо всех событиях, связанных с расследованием, для наиболее полной ориентации в развитии действия. Он догадывается, что Клаус обязательно будет ознакомлен с материалами, и, как понимает Сережа, эта отметка предназначена скорее персонально для Клауса, чтобы не возникали среди сотрудников Интерпола лишние разговоры. Ведь не каждому объяснишь, что Басаргин так тесно и уже во второй раз сотрудничает с Сережей во многом еще и потому, что Сережа сын его товарища и члена его команды.

Сережа с Селимом читают сообщение вместе.

– И слава Аллаху, – говорит правоверный мусульманин Селим, – что мадам Джиндан уползла, как червяк... Иначе нам бы никогда не выйти на господина Кито до того, как он натворит дел в России.

– У них там свои заботы... – не полностью соглашается Сережа. – Им надо найти объемные порции рицина. И только она, похоже, знает, где их искать... Это сейчас большая угроза, чем присутствие самого господина Кито.

– Мне можно полюбопытствовать, что происходит в России? Басаргин прислал и мне некоторые вопросы... Вернее, мне копию вопросов, которые он задал другому нашему сотруднику, сидящему в Мюнхене... У вас ничего нет про это?

– Груз рицина в Мюнхене? Только пара слов... Но остальное, думаю, настолько же предназначено для вас, насколько и для нас, поскольку мы работаем совместно... Распечатывать, с вашего позволения, я не буду, прочитайте с монитора.

Клаус ставит стул рядом и внимательно знакомится с материалами.

– Да, серьезное там дело заваривается... Сколько жертв они планируют?

– Около пятидесяти тысяч человек... Так считает Басаргин. Это больше, чем забирают две войны в Чечне. Акция жесточайшая.

Звонок в дверь вызывает Клауса.

– Это пришел Вилли. Он сменился с поста.

Вилли докладывает только последние новости.