Покоренная судьбой (ЛП)

Я должен был догадаться, что ты слышала о жутких историях Фамильи. В следующий раз я выберу другое место.

— А будет ли следующий раз? — спросила я, отрывая кусок от лаваша и макая его в хумус.

Амо откинулся на стуле, не обращая внимания на свою еду. От того, как он смотрел на меня, мне стало нестерпимо жарко.

— Я хочу, чтобы это было еще много раз.

Я хотела того же, но он должен был жениться через три недели, а моя семья никогда не позволит мне видеться с Амо. Я не могла понять, как мы можем сделать так, чтобы мы были вместе. Словно почувствовав направление моих мыслей, Амо покачал головой.

— Важен только момент.

Я слегка улыбнулась.

— Ты собираешься танцевать для меня? — Амо скользнул по мне взглядом. — Ты все-таки надела балетную одежду.

— Если ты хочешь, чтобы я танцевала, я это сделаю. У тебя есть особое желание?

Амо криво улыбнулся.

— Я не так много знаю о балете, но, может быть, что-нибудь из «Щелкунчика»? Это ведь один из самых известных балетов, верно?

— Один из многих, да, — сказала я. Я достала свой телефон из сумочки и выбрала музыку, затем увеличила громкость. Мой живот сжался от нервов, когда я положила телефон и отошла на несколько шагов от стола и стульев, чтобы освободить место для танца. Танцы перед другими людьми всегда вызывали у меня сильное беспокойство, но выражение лица Амо успокоило мои нервы. Я закрыла глаза, когда зазвучали первые знакомые ноты. Это был один из самых особенных танцев в моей жизни, и я хотела вложить в него всю свою страсть и чувства.

Амо

Как только Грета упомянула о кровожадном прошлом этого места, я пожалел, что решил устроить наше свидание именно здесь, даже если наш выбор был весьма ограничен. Теперь, когда Грета стояла среди ветхого зала в своей светло-розовой пачке, контраст ударил по мне как кувалдой.

Ее красота и доброта в здании, известном своей уродливой жестокостью. Она подняла руки, как будто ее дергали за ниточки, ее тело почти дрейфовало в такт нотам ее мобильного телефона. Качество записи было не самым лучшим, и огромный зал не очень хорошо передавал музыку, но я все равно сидел в благоговении и смотрел, как Грета становится единым целым с музыкой. Она кружилась и прыгала, поднимала ногу высоко над головой."

"Я мог бы наблюдать за ней всю ночь. Когда она протянула ко мне руку, я встал и позволил ей оторвать меня от кресла. Держа свою руку в моей, она кружилась вокруг меня, и я поворачивался вместе с ней, как будто меня тянули за невидимые нити.