Покоренная судьбой (ЛП)

Но идея провести больше двух часов с Крессидой, особенно на публике, когда мы должны делать вид, что нам есть что сказать друг другу, была абсолютно невыносимой.

— Сегодня вечером мне нужно работать. Двух часов хватит на шесть блюд.

Она ничего не сказала, но по выражению ее лица было понятно, что она очень недовольна.

— Ты готова идти? — спросил я. Было 7:45, и я хотела поскорее покончить с этим.

Крессида одарила меня вызывающей улыбкой. — Знаешь что? Я больше не чувствую что этот наряд подходящий. Пойду переоденусь. Уверена, что они не будут возражать, если мы придем поздно, тогда они могут просто отдать нам столик до конца вечера.

— Мы уходим, — сказал я низким голосом.

Она встретила мой взгляд, затем быстро опустила глаза и пожала плечами, после чего прошла мимо меня к двери. Снаружи она протянула руку, и я взял ее, хотя мое тело я взял ее, даже если мое тело восставало против этого, и повел ее к своей машине, открыл перед ней дверь, а затем занял свое место за рулем.

Каждая секунда в обществе Крессиды казалась мне моей личной версией ада. Я чувствовал это еще больше теперь, когда провел ночь с Гретой, моим гребаным желанием рая.

Когда три недели спустя я въехал в ворота приюта для животных Греты, я чувствовал себя так, словно впал в спячку и медленно просыпался. Я был занят работой и видел Крессиду только один раз наедине после нашего очень жесткого вечера свиданий и один раз на ужине с ее родителями, что было еще хуже, чем остаться наедине с женой.

Моя мать уловила, что что-то не так, и попыталась расспросить меня во время нашего еженедельного семейного ужина. А Марселла, она была ищейкой на тропе, идущей по следу. Она знала слишком много. Хорошо, что Максимус был поглощен своими собственными проблемами, иначе он, вероятно, объединил бы усилия с моей сестрой, чтобы выяснить, что происходит."

"Я остановился перед фермерским домом. Грета уже ждала на крыльце, прислонившись к столбу. Лампа над головой освещала ее лицо почти ангельским светом. Уже близилась полночь, и вокруг была кромешная тьма, если не считать далекой жутковатой подсветки города. Эта пятница была занята встречей с корсиканцами, поэтому мне не удалось вылететь раньше.

Распахнул дверцу машины и прокрался к ней. На ней была белая атласная ночная рубашка с обязательными ковбойскими сапогами и слишком большой клетчатой рубашкой, опасно наброшенной на плечи. Она выглядела идеально.