Новое поколение

 — По восьмому? Активируем возвращение, и пусть его выносит… Куда там он собирался?

— Не знаю, куда он собирался, но вышел там, где и должен был. Отсюда он, из Вайстела. Местный.

«Как, местный?!», — чуть было не закричал Витар.

— Да вот так вот… Погоди-ка…

Услыхав шаги, мальчик стрелой метнулся к столу и успел усесться на место до того, как на пороге появился открывающий.

У шокированного услышанным ребенка не нашлось слов для ответа, он лишь растерянно заморгал, но это сыграло ему на руку: мужчина вспомнил об отключенном кристалле и махнул напарнице.

— Извини, — заговорил он снова. — Питание переводчика сбоит. Как ты тут? Может, еще сока?

— Да, пожалуйста, — промямлил маленький идущий.

— Что-то у нас и врата не отзываются, — продолжил врать Корп, вернувшись с полным графином зеленого напитка. — Станция старая, место неудачное. Но ты ведь не сильно торопишься?

Витар замотал головой и залпом опустошил наполненный тягучкой стакан.

— Понравилось? — улыбнулся мужчина. — Это файта, ни в одном мире больше не растет. Так что ты пей, пользуйся моментом. А если устал, вон, на диванчик приляг…

Но едва он вышел в операторскую, как мальчик вновь занял место у двери.

— Лет восемь назад это было… — теперь Корп, несмотря на наверняка отключенный кристалл, говорил очень тихо. — Или уже девять… Ты же с Буревестником еще не сталкивалась? Ну, поглядишь сегодня. Глаза у него нет — говорят, на войне потерял. Вот как-то и надумал он новый себе сделать. С протезом, сама понимаешь, врата не пропустят, в другом каком-то мире нужно было в клинику лечь на месяц-другой, а у тут пообещали за пару дней все уладить. Только забыли упомянуть, откуда берут материал для репродукции. Так что Сэл уже в последний момент узнал. А когда узнал, ушел из клиники… Красиво ушел, наблюдающие еще месяц на ушах стояли. И мальчишку он тогда прихватил, там же, в «Гелфити». Не знаю, зачем.

Витар слушал и не понимал ничего из сказанного. Особенно непонятным было слово «Гелфити»…

— Мальчик — уникум, — подала голос открывающая. — Может, потому Буревестник его оставил?

— Нет, то, что парень — идущий, выяснилось всего два года назад. А оставил… Кто знает, почему? Зацепил его чем-то этот шакаленок.

— Да, он из шакалов. Западное гетто. Их клеймят еще при рождении, метку не снять даже магией.

Витар продолжал не понимать… Нет, не так: понимать он уже начал, а верить — нет.

— Жалко, — согласился Корп. — Но не всех. Я наводил справки о семье мальчишки. Отец неизвестен.