В поисках истины [СИ]

— Знаю, очень тяжело вновь вспоминать это, но прошу расскажите, что же всё таки произошло с экспедицией? — задаёт первый вопрос господин Риммор.

Ощущаю, как начинают разворачиваться сферы его ментального восприятия окружающей реальности.

— Понимаете господин ан Гиалон, во время нападения на лагерь, меня там не было, — подбирая слова, начинаю рассказ. Одновременно, транслирую вовне чувства; горечи, тоски и утраты. — Угнав один из одноместных флаеров поселения, тем утром я в очередной раз сбежал от опостылевших занятий. Мне очень стыдно. Наверное, поступи я иначе, смог бы хоть чем-нибудь помочь друзьям, — опуская голову, пытаюсь изобразить искреннее раскаяние.

— Ну-ну молодой человек, не стоит относиться к себе столь строго, — изображает он неподдельное участие. — Скорее всего, лишь зря пожертвовав жизнью, вы бы всё равно не смогли помочь товарищам. Получается, совсем ничего не можете сказать о, напавших на посёлок, пиратах? — задаёт он действительно интересующий его вопрос.

— Простите, но да. Ничего, — к коктейлю эмоций добавляются чувства раскаяния, стыда, сожаления. — Практически ничем не могу помочь в расследовании произошедшей трагедии.

— Скажите господин ди Ар, у вас остались какие-либо данные о проводимой программе? Возможно, записи отца? Я ведь правильно понимаю, Далир ди Ар был вашим отцом? — одновременно с прозвучавшими вопросами, сферы его ментального восприятия приобретают ещё более агрессивный характер.

"Хм, наверняка коммуникатор уже проверили специалисты даймона Саера. Никакой действительно важной информации он не содержит. Раз уж оппонент заинтересовался прочими данными, то и эту информацию он, скорее всего, вытащит из местных коллег. Следовательно, противоречия в рассказе обнаружить будет достаточно сложно. Нынешний собеседник вызывает ещё меньше доверял, чем безопасник федерации. Что-то подсказывает, ответы Риммору практически безразличны. Всё это он может рассказать гораздо подробнее меня самого."

— Извините господин ан Гиалон, но всё, что знал, уже сообщил даймону Иреверу. Он обещал, передать эти данные вам для ускорения дальнейшего расследования. Касательно иной информации, если и осталось после пиратов что-то не уничтоженное, спрашивать стоит не у меня, — начинаю осторожно отвечать на вопросы, следя, чтобы на этот раз в словах не было откровенной лжи. — Не могу достоверно рассказать о судьбе записей отца.