Поединок. Выпуск 18

– А ты, Миша, не бойся, – улыбнулся Бахтин, – ты со мной работал, и дело твое в надежном месте до времени лежит. – До какого времени?

– Вдруг понадобишься, а не станет в тебе нужды, я его сам уничтожу.

– Я вам верю, – с надеждой сказал Миша и поведал Бахтину забавную жиганскую историю о нравах Хитровки.

Вернувшись домой, Бахтин еще раз проверил тайник. В нем лежали тетради с его служебными записями и три агентурных дела. На Каина, Мишку Чиновника и агентурное дело охранки на Митеньку Заварзина, нежного дружка, и, конечно, наган.

Как-то в марте прошлого года в дверь к Бахтину позвонили. По новым временам он сам открыл ее, и в квартиру скользнул человек в синем пальто с поднятым воротником. С трудом узнал в нем Бахтин всесильного начальника Московского Охранного отделения полковника Мартынова. – Не прогоните? – Прошу.

До утра они просидели за столом, говорили, говорили. На рассвете, уходя, Мартынов отдал Бахтину папку.

– Это вам, специально сберег. Прощайте, Александр Петрович, советую вам не засиживаться в Москве. – Вы куда? – Пока в Киев, там у меня брат.

Они простились, и Мартынов навечно исчез из жизни Бахтина.

О Мите Заварзине Бахтин слышал, что тот стал заметной фигурой в ЧК, но документики охранки до поры лежали в тайнике. Именно за них Бахтин предполагал получить три пропуска в Финляндию: себе, Литвину и Кузьмину.

В тот день Литвин как всегда рано убежал в Гнездниковский, где в бывшей сыскной располагалась уголовно-розыскная милиция, Женя Кузьмин поехал в редакцию журнала «Луч», который продолжал выходить, а Бахтин дописывал для бывшего издательства Сытина очередную книжонку о банде Корейца.

Писалось легко, стол его стоял впритык к окну, и был виден запорошенный первым снегом Камергерский. У входа в Художественный театр разгружали с телеги какие-то мешки, видно, опять актерам за спектакль привезли картошку.

В доме было тихо, только пощелкивали поленья в голландке.

Над переулком стелились дымки, по-зимнему времени топили печки и «буржуйки». Внезапно в дверь позвонили.

Бахтин открыл, и в квартиру вошли четверо в холодной коже.

– Гражданин Бахтин? – спросил совсем молодой человек, похожий на гимназиста. – Да, это я. – Мы из ЧК.

– А я и не подумал, что из страхового общества «Россия».

– Ирония здесь неуместна. Вы полковник полиции?

– Я бывший коллежский советник сыскной полиции.

– Вы арестованы как явный враг революционного народа. – Я могу одеться?

– Безусловно. Прошу добровольно выдать ценности и оружие.