Отец моей подруги

"

"И представить не могла, что тело может ТАК чувствовать. Такая гамма эмоций, как нескончаемая радуга. Между болью и кайфом. Накрывающим с головой, заставляющим захлебываться криком. Олег моментально реагирует, зажимает мне рот, не давая своему имени сорваться. Выгибаюсь дугой в его руках. Под крепко зажмуренными веками вспыхивает ослепительный свет, пламя прошивает насквозь. Ахаю, тело перестает повиноваться, сотрясаясь в экстазе. А он все не останавливается, двигает рукой внутри меня, заставляя испытать до конца, до предела.

И только потом убирает руку, останавливался, и просто обнимает крепко, пока не перестаю дрожать. Я мокрая насквозь, будто только вылезла из бассейна. Волосы липнут к шее, Олег отводит их назад.

– Так охеренно прекрасна, – произносит хрипло.

Наклонившись, впивается губами в шею, легонько прикусывая в том месте, где однажды уже оставил след…

Значит, помнит.  Ставит свою метку. Там же.

От этой мысли охватывает трепет.

Олег снова целует меня в губы. Отвечаю, хотя все еще не очнулась от сладкой истомы.

Тело будто невесомое, внутри – удивительное тепло. На глаза наворачиваются слезы, начинаю моргать часто. Потому что снова неизвестность. Что дальше? Робкая надежда… стыд, вряд ли сама решусь первой спросить… Сказать. Что хочу спать в его постели. В его объятиях. Только об этом сейчас могу думать…

Глава 22

Олег

Если бы мне кто-то год назад сказал, что подружка дочери может стать испытанием для моих нервов – я бы расхохотался ему в лицо. Но сейчас мне ни хера не до смеха.

С момента возвращения на ранчо, где ждал приятный сюрприз в виде дочери… и совершенно неуместный в виде Яны Васильковой.

Был уверен, что после сцены с сыном никогда больше эту девочку не увижу. Некрасиво вышло, еще долго чувство вины перед Янкой мучило. Может поэтому и влез в ее судьбу, восстановил ее в Доме Моды Воронцовой, хотя по мне – нечего ей там делать. Но это был ее хлеб, деньги, как я понял, нелишние. Так что нажал на нужные кнопки. И все. Больше за судьбой Яны не следил.

Хотя забыть, конечно, не выходило.

И не то чтобы винил ее в чертовой ссоре с сыном – до сих пор наши отношения с Павлом очень натянутые… Просто зачем блядь. Ведь понятно, что ничего хорошего из нашего взаимного притяжения не выйдет. Одни проблемы. Пашка долго злился, еще и матери рассказал. Не хватало еще и Дарью в это впутать. Да и не во что. Просто похоть. Перебесимся.

Не знаю, что насчет Яны, а мне ее визит дается нелегко.