Уроки подчинения или Это приличная Академия! 2

Он запустил пальцы под мои легко заплетённые волосы, чуть сжал затылок, вызвав волну мурашек, а потом поцеловал. Сильно, требовательно, словно желая поглотить меня целиком, заставив меня тут же воспылать от жажды большего. Я тихо застонала, и он прижал меня к двери, от чего язычок замка в ней стукнулся об ограничитель, издав глухой звук.

Я честно хотела его остановить. Прекратить всё это безумие хотя бы ненадолго — и разобраться, как мы вообще можем продолжать сосуществовать, не причиняя друг другу боли. Каждый раз, находясь с кем-то из них, в голову проникали мысли о том, что подумает второй.

Но не успела. Дверь резко открылась, и я, прижатая к ней, упала спиной прямо на грудь Эла. Ной тихо рассмеялся.

— Вы чего тут так долго? — спросил Эл, глядя на меня внимательно и строго.

— А ты чего не стучишься? — возмущённо ответила я, поправляя причёску. — Хорошо, что дверь не внутрь открывается, не то прилетело бы мне по носу.

— Прости, — буркнул он. — Все разбежались, я один остался с этим… чудиком.

— Ты же его успокоил? — я вышла в коридор и попыталась разглядеть гостиную, которая находилась в самом его конце.

— Да нет. Теперь он, как блаженный, пялится на огонь и ничего не говорит.

— Эл, — я коснулась его запястья. — Можешь дать нам ещё минутку?

— Давайте вы этим будете заниматься в другой день, а? — рыкнул Эйлар. — Вот встреча Клуба закончится, я спать пойду — и делайте, что хотите!

Я почувствовала, что начала краснеть. Было одновременно стыдно и досадно: Эл не сомневался даже, что оставшись с его братом наедине, я обязательно окажусь насаженной на его достоинство — это смущало и злило.

Неужели ему всё равно?

— Одну минуту. Честно.

Он поджал губы и вернулся в гостиную.

— Кажется, Эл не в духе, — заметил его брат. А я молча дотянулась до ошейника и не без труда расстегнула тугую застёжку. Прежде чем я успела снять его, Ной прижал ошейник к шее.

— Что ты делаешь? — прошептал он, и над голубоватым “украшением” дёрнулся кадык.

— Хватит уже, — тихо ответила я, потянув за ошейник.

Ной неохотно выпустил его из рук. — Поиграли — и достаточно.

— Это ведь всего лишь побрякушка. Зачем?

— Я хочу, чтобы вы прислушивались ко мне потому, что доверяете и цените, а не потому, что проиграли спор.

Ной тихо рассмеялся.

— Мы никогда не подчинялись потому, что проиграли спор.

— Потому что… потому что нам было весело. И потому, что ты нам нравишься.

— Значит, ваша тётушка была права. Я для вас всего лишь игрушка.