Роковой подарок

– Я прошу прощения! Меня зовут Мария Поливанова, и я к вам… по делу.

– Очень прекрасно, – обрадовался профессор. – Хотите чаю, как раз вскипел?

– Чаю? – растерянно переспросила Маня.

Оказывается, кипяток в колбе предназначался не для опытов, а для чая! Профессор выключил горелку, аккуратно снял колбу и достал ещё одну колбу, поменьше и с носиком.

– Вы любите белый китайский чай? – спросил он, продолжая возиться с тонкой посудой.

Маня засмотрелась на его руки – очень красивые.

– А?

– Я вообще люблю чай, – встрепенулась писательница. – Как-то так вышло, что люблю больше, чем кофе, хотя это и неприлично.

– Неприлично любить чай?!

Маня улыбнулась:

– Анна Ахматова когда-то придумала такую штуку. Она говорила, что люди делятся на две категории. Кто что любит! И это совершенно противоположные категории!

– Ну, ну? – поторопил Шапиро и обернулся от своих алхимических приборов.

– Одна категории – это кофе, кошки, Мандельштам. А вторая – чай, собаки, Пастернак.

– То есть вы в той, где Пастернак и собаки?

Маня кивнула.

– Я раньше всё время пила кофе, потому что так положено, – продолжала она. – А потом меня захватила мысль, что можно этого не делать, если мне не нравится! И не хочется!

– Как в анекдоте про старого еврея, – поддержал профессор, – который на смертном одре сокрушался, что так ни разу в жизни и не выпил чаю, как ему хотелось. В гостях он клал в стакан три ложки сахару, а дома одну, а всегда хотелось две…

Маня улыбнулась.

– Почти так и есть. Только я сообразила не на смертном одре, а чуть пораньше. И белый китайский чай как раз мой любимый. Я почему-то никак не привыкну к зелёному. А белый и красный очень люблю.

– Может, и не нужно привыкать в таком случае? – спросил профессор. – Вам без сахара, конечно?

– Конечно!

Он разлил чай в две крохотные пиалы – как положено, и они глотнули.

– Превосходный чай, – похвалила Маня.

И ещё глотнула.

– Итак, зачем я понадобился такой знаменитой писательнице?

Маня зарделась.

Вот совершенно она не собиралась краснеть и смущаться и всё же покраснела и смутилась, уж больно хорош оказался профессор Шапиро.

– Вы меня узнали, да? – глупо спросила она.

– Вас трудно не узнать, вы очень… особенная. – Профессор улыбнулся. – И у вас абсолютно узнаваемая манера речи. Я видел несколько ваших интервью.

– Спасибо.

– Видите ли, я не мог рассчитывать на нашу с вами встречу и поэтому смотрел интервью не для того, чтобы сейчас отпустить вам комплимент, а потому что мне нравится, что вы говорите и как.