Сердце под прицелом

– Поешь. Голодная же!

Я ненароком поймал ее взгляд – настороженный, как у загнанного зверя.

За грудиной что-то скрутило.

– Нет, я не голодная.

– Ну хоть сыграй с нами!

Она тупо отвернулась.

Но Жека не унимался. Звал и звал, как заведенный. В какой-то момент даже сунулся к ней. Чуть внаглую со стула не сорвал.

– Твою мать, Людмила. Я тебя на руках отнесу.

– С ума сошел! – вскрикнула Ильина, шарахнувшись от него, как от бомжа.

Косыгину, естественно, хоть бы что. Заржал, конь педальный.

– Идешь? Или я несу?

Она дернула губами, давая понять, как он ее бесит. Вроде хотела сказать что-то не очень приятное, но смолчала.

– Ладно, – выдохнула раздраженно. – Давайте.

Косыгин довольно щелкнул пальцами.

– Вот и славно.

Уступил свое место, карты всучил. Библиотека с первой партии пустила всех, на хрен, в расход.

Я хлебнул еще порцию и сдуру решил: буду ее ломать сегодня.

Глава 13. Судьба мела нас веником

Загнал окурок в грязную жижу. Поднялся. Сжав кулаки, зашагал обратно к времянке."

"У входа стояла бадья с талой водой. Зацепив ковшом, налил в таз. Вымыл руки. Плеснул пару пригоршней в лицо. Ледяная вода будто током по коже ударила. Опалила потрескавшиеся губы. Скатилась по лицу струйками. Скользнула тонкими змейками за шиворот.

Выдохнул. Мотнул головой. Стряхнул капли с кистей.

Пройдя вглубь здания, рухнул на койку. Керосинка еще коптила. Закинув руку за голову, уставился на тени, которые она гоняла по потолку.

Справа скрипнули пружины.

– Ну что там? – раздалось из полумрака. – Связь не появилась?

– Нет.

– Пиздец.

Я закрыл глаза.

Дыхание ровное. В груди – свинец.

Память снова потащила в прошлое.

Хоть убей, не помнил, как мы с Ильиной оказались вдвоем на веранде, и где в это время шатались остальные. Зато помнил, что она не умела целоваться.

Кто выпал первым? Должно быть, я шел за ней.

Библиотека сидела на ограждавшем веранду деревянном парапете. В самом углу, спиной к стене. Дожидаясь рассвета, чудная, напряженно смотрела в темноту.

Я делал вид, что курю. Ну, то есть, курил, конечно. Но этот процесс не являлся основной целью.

В какой-то момент, прищуриваясь, глянул на Ильину. Она вздрогнула и, вцепившись в меня ответным вниманием, застыла.

Оглушенное алкоголем сердце вдруг рвануло с места, грузанувшись всей своей громоздкой массой в ребра. По телу полетела специфическая дрожь – горячая и режущая. В животе пахнуло жаром. Отдельные части тела налились тяжестью.

Выбросил сигарету и пошел на Библиотеку.