Сердце под прицелом

Но наблюдал недолго, потому что в какой-то момент затопило столь ярким светом, что мир, на хрен, тупо исчез.

Глава 51. Кому? Зачем?

– Скорей бы уже распределение объявили, – гундосила Тоська, обсасывая фруктовый лед. – Нервы на пределе. Рот не закрывается.

– Маринина, – протянула я с нотками иронии. – У тебя перманентно нервы на пределе. Сколько я тебя знаю. Неделю назад ты точно так же стенала в ожидании защиты.

Сидели на полу, пока Севушка возился на своем коврике. Болтая с подругой, смотрела на сына и то и дело улыбалась. Восторг от нового плацдарма не утихал. Мой маленький Чернов то лупил ножками по подвесному мячику, то с воодушевлением хватал, таскал и тянул в рот плюшевых зверушек, то совершал очередной переворот.

Подбирая под себя ножки, Сева уже совершал попытки поднять попу. И то, что это пока не получалось, не лишало его упорства. Раскачивался так рьяно, словно вот-вот рванет вперед. Не хватало чуть-чуть равновесия, но он усердно прокачивал силы.

– Нет, ну реально… Запрут в какую-то дыру, что потом? – продолжала тревожиться Тоська. – Тебе хорошо! Считай, привязана к Чернову, а он – к отряду. Точно останетесь здесь, – рассуждала с некоторой долей зависти.

Но я не осуждала. Мне и правда очень сильно повезло.

– Ну… Здесь ведь тоже… мм-м… хватает направлений… – толкнула я с паузами, потому что постоянно отвлекалась на Севушку. То уползшую игрушку ему подавала, то помогала перевернуться обратно на спинку. – Отдохни, сын… – шепнула, чтобы не спешил обратно на живот. Но какой там… Подрыгав ногами и руками, снова крутанулся. Придержала. И снова на подругу посмотрела. – Тось, тут тоже и в изолятор могут кинуть, и в конвойку, и в дежурку, и куда-то на окраину, что добираться придется с тремя пересадками… Разлет – будь здоров.

Маринина поморщилась.

– Да, капец… – выдохнула подруга. – Но тебя уж, я уверена, на такое не кинут. Во-первых, – акцентируя, выкинула указательный палец, – статус – лучший выпускник курса. Во-вторых, связи подполковника Чернова.

Я прочистила горло. Поправила сползший с Севиной ножки носочек.

И подвела:

– Давай верить, что нам обеим повезет.

Тоська кивнула. Перевела дыхание, показывая жестом, как настраивается на позитив.

А потом вдруг переключилась на совершенно неожиданную тему.

– Кстати, помнишь Катьку Переверзеву? Ну эту ветреную стрекозу, которую отчислили на втором курсе…

– Ну-ну, – отбила, давая понять, что действительно помню.