Можно я побуду счастливой?

Даже конфету не выплюнула – бравировала своей невозмутимостью. Латынь, на удивление, давалась очень просто – как все гениальное. Вот бы все языки были такими.

Событие тех лет – пластинка Давида Тухманова «По волнам моей памяти». Слушали мы ее, кажется, раз сто на дню. Все песни знали, разумеется, наизусть.

Еще одно событие – фильм Эльдара Рязанова «Ирония судьбы». Песни на стихи Евтушенко, Ахмадулиной, Цветаевой нас потрясли – выучили их наизусть, с удовольствием пели. Помню, как листы со стихами висели у меня над столом. Были близки каждое слово, каждая фраза и музыка.

Открытие – польская певица Эва Демарчик. Она пела на русском, с приятным польским, чуть шипящим акцентом. Конечно, о несчастной любви. Трогательно и проникновенно, без пафоса – как у нас было принято. Просто про жизнь. Голос ее завораживал.

Балдели от «Романса о влюбленных» – нам так все было близко, так все понятно. И песни понятны, и страсти. И музыка Градского. Но это, кажется, все же чуть раньше.

Еще один способ развлечения или увлечения московских студентов – полузакрытые концерты. Групп музыкальных тогда развелось великое множество – конечно же, большинство были бабочками-однодневками. Играли они в маленьких залах при учебных институтах.

Музыка была непонятной, скорее тяжелой, но точно – не попсовой.

В зальчике было душно, накурено, полутемно. Все толклись на пятачке перед сценой. Кто-то танцевал, кто-то просто балдел. Помню название одной из групп – «Сломанный воздух».

Выходим на улицу освежиться – голова как пивной котел от какофонии, табачного дыма, громких звуков. Но – дыхнули и снова туда.

В волосатых ребят-музыкантов были все влюблены. Нам, девчонкам, они казались инопланетянами.

Помню и концерт Александра Градского, где со сцены он просил публику не требовать песни «Как молоды мы были». А почему? Прекрасная песня! Особенно остро понимаешь это сейчас.

Музыканты «Машины времени» тоже были кумирами нашего поколения.

Конечно же, мы игнорировали советскую эстраду – слушать ее нам, молодежи, было как-то неприлично."

"Только с годами, с прожитым опытом, мы оценили и поняли всю сердечность и прелесть песен Майи Кристалинской, Гелены Великановой, Тамары Миансаровой и многих других.

Иногда мы собирались и на «флэтах» в свободных квартирах. Случалось это нечасто. Своих квартир ни у кого из нас не было. Зимой варили глинтвейн, и запах корицы, гвоздики и яблок вырывался на лестничную площадку.