Тень победы

В марте 1941 года (когда Жуков уже был начальником Генерального штаба) все руководство флота чуть не пошло под расстрел за то, что флотские зенитчики открывали огонь по германским самолетам-нарушителям. Жуков не сделал ничего, чтобы оправдать флотских командиров и отменить приказ самолеты-нарушители не сбивать. Наоборот, товарищи из НКВД предъявили обвинения руководству флоту не по своей инициативе, а по записке Жукова, который требовал примерно наказать всех, кто стреляет без приказа. После войны свое поведение Жуков объяснял весьма удивительным образом: мы боялись спровоцировать войну, не хотели давать Гитлеру повода для нападения.

Ну и что из этого вышло? Вы не давали Гитлеру повода, разве это могло его удержать? Разве удержало?

Красная Армия была вынуждена слепо повиноваться приказам Жукова. Но где грань между провокацией и войной? Вы — командир авиационного полка. Бомбят ваш аэродром. Если бы вы знали, что все аэродромы бомбят, тогда ясно: война. Но вам этого знать не дано. В данный момент вы видите только свой аэродром и только сто своих горящих самолетов.

И каждый из миллионов солдат и офицеров на границе мог видеть только свой малый кусочек происходящего. Что это? Провокация? Или уже не провокация? Вы начнете стрелять, а вдруг потом выяснится, что только на вашем участке противник предпринял провокационные действия. Что с вами сделает Жуков и палачи из НКВД?

Приказы великого Жукова и воинская дисциплина требовали от войск на провокации не поддаваться. Вся армия выполняла приказ. Вся армия на провокации не поддавалась.

22 июня передовые дивизии без боя сдавали пограничные мосты, лишь бы выполнить приказ стратегического гения и не поддаться на провокацию. Ах, глупые, негодуем мы, не могли сообразить, что война началась!

Мы возмущаемся действиям солдат, которые выполняли приказ Жукова, но почему-то не возмущаемся действиями Жукова, который эти приказы отдавал."

"Но неужели солдатам на границе было неясно, что это война? Да, им было неясно. У них — приказ. Никакой другой информацией к размышлению они не располагали.

Давайте всех их считать идиотами. А в Генеральном штабе сидел великий стратег, он обладал всей информацией, уже вечером 21 июня он знал, что сейчас начнется война. По его собственным словам, у него рассеялись последние иллюзии. Но он почему-то не вводил в действие свой план войны. Давайте его считать выдающимся мыслителем.

7.

Думал ли сам Жуков, что лично он будет делать в начале войны? Может быть, и думал. Но ничего не придумал.