Жена по ошибке

Если у теневика или его подопечного имеются лишние деньги, мы не против, чтобы их на нас потратили, позволив добраться быстро и с комфортом.

Поэтому решено было нашу повозку оставить в Гильдии — кто-нибудь из людей мастера ее потом в Гнездо доставит, перейти порталом в ближайший к имению город, а там уже взять наемный экипаж.

Час на сборы, еще полчаса пешком в переплетении улиц и проулков, и мы вышли к просторной, почти идеально квадратной площади, вымощенной тщательно подогнанными массивными плитами. Справа — длинный павильон, в котором можно оплатить дорогу и условиться о том, чтобы «с той стороны» вас встретил носильщик или возничий. Слева — аккуратное двухэтажное здание: административный корпус и своеобразный зал ожидания, где путешественники отдыхали и дожидались своей очереди. За определенную плату, естественно. А посередине — множество высоких арок, затянутых переливающейся на солнце радужной пленкой. Центральная столичная станция недаром считалась самой большой в королевстве. В провинциальном Жехе, например, арок насчитывалось всего две.

Ворон отправился платить и договариваться об экипаже, а мы с Лисом, выбрав портал, ведущий в нужном нам направлении, заняли очередь. Вскоре к нам присоединился и мастер.

— Лицо, — бросил он мне коротко.

Я, спохватившись, торопливо натянула на голову капюшон легкого летнего плаща. Личина личиной, но и ею без надобности светить не следует. Теневиков потому так и называют, что они всегда стараются оставаться незаметными — и в делах, и в обыденной жизни. А закутанная с ног до головы женщина на Атросе никого не смущала: многие мужчины предпочитали не демонстрировать на людях внешность своих дам.

Маги, дежурившие у портала, хорошо знали свое дело, и очередь продвигалась довольно бойко. Сзади два купца обсуждали, вернее, дружно осуждали какого-то поставщика, плута и пройдоху. Впереди негромко переговаривались Ворон с Лисом, а я думала о своем.

Хотя все мои мысли, в сущности, сводились к двум темам: к грядущей встрече с заказчиком и к… инквизитору.

К синим глазам. К губам, которые умели неотразимо улыбаться и головокружительно ласкать. Интересно, Алианну он так же нежно и страстно целует? Это ведь сексом им заниматься нельзя. А все остальное очень даже можно.

Тьфу ты. Вот ведь… наваждение.

Все-таки хорошо, что мы уходим из столицы, и не в соседний Жех, а гораздо дальше. Чем больше между нами расстояние, тем спокойнее я буду себя чувствовать.