Пленник ее сердца

– Не держите его в себе, ваша светлость. Это я о кашле. Дайте ему выход. Вы сразу почувствуете себя лучше.

Она смотрела на него с притворным сочувствием и хитрой заговорщической улыбкой.

А ведь она его и вправду зацепила, еще как зацепила.

И поскольку это вовсе не входило в его планы, Гриффин был зол на себя.

Черт. У нее почти получилось. Она почти заставила его смеяться.

Герцог нанял ее для того, чтобы изводить свою мать, но пару минут назад Полина поймала себя на мысли, что ей гораздо интереснее провоцировать его самого.

Как бы он ни стремился показать, что ему все нипочем, она догадалась, что он не так уж непрошибаем, как хочет казаться. Чем дальше от Спиндл-Коув, тем плотнее окутывало его облако меланхолии, которое ей очень хотелось развеять, и не из благородных побуждений, это точно, но потому, что его настроение передавалось и ей, а у нее поводов для печали было никак не меньше.

Полине совсем не хотелось в Лондон: как хорошо было бы вернуться домой, к Даниэле, о которой она не могла не думать.

Как там она: все еще плачет или успокоилась? Не испугается ли спать на чердаке одна? Может, мать догадается подняться к ней и успокоить, когда отец заснет? Догадается ли мать приготовить Даниэле ее любимые взбитые сливки, которые заставят бедняжку сразу забыть обо всех своих горестях?

Мысль о бланманже оказалась спасительной. После того как Полина вернется из Лондона, Даниэла сможет есть любимый десерт каждый день и сколько душе угодно.

Кстати, о еде… Количество принесенных слугами яств поражало воображение, и пустой желудок дал о себе знать громким урчанием.

Полине так и не удалось толком поесть сегодня, а такого изобилия блюд она в жизни не видела.

– Мисс Симмз, – сказала герцогиня, – скажите, какие блюда вы видите на столе.

Полина искоса взглянула на нее, пытаясь угадать, что за проверку ей надумали устроить. Среди множества блюд не было ни одного экзотического, и ей не составит труда назвать каждое.

– Ветчина, – начала перечислять Полина, – говядина и йоркширский пудинг.

Жареная курица, зеленый горошек, вареная картошка, суп – какой именно, не могу пока сказать…

Герцогиня забарабанила пальцами по столу.

– Неверно. Все неверно.

– Все? – Полина в недоумении захлопала глазами, уставившись на то, что имело вид, цвет и запах ветчины, и оно лежало на тарелке прямо напротив нее. Если это не ветчина, то тогда, скажите на милость, что?

– Это ветчина, мисс Симмз. – Герцогиня четко проговорила сочетание «тч» в середине слова.