Пленник ее сердца

Ты ведь так думаешь? Так вот: я никогда не сражался в полную силу.

Как только Делакур вооружился, Грифф пошел в атаку и уже через несколько секунд прижал соперника к стене, коснувшись клинком его щеки. На лице Дела выступили капельки крови, но Грифф лишь усмехнулся:

– Ах какая неприятность: может остаться шрам!

– Женщины обожают мужчин со шрамами, так что меня это не остановит, – парировал Дел. – Впрочем, у кабацких девок, возможно, иные предпочтения.

– Ты падаль, а она не кабацкая девка и никогда ею не будет.

– Ты хочешь сказать, что знал? – Молниеносно развернувшись, Дел ударил Гриффина в грудь ногой, отчего тот слегка попятился.

Впрочем, Гриффин быстро собрался и обрел равновесие, хотя и Дел успел занять оборону.

– Подожди-ка… Ты, случаем… Не может быть! Ты что, любишь эту девку?

Грифф покачал головой, но не потому, что отмел предположение Делакура. «Любовь» – слишком узкое понятие, чтобы вместить все, что он чувствовал. Только что они были вместе. Он никогда не думал, что снова сможет почувствовать то, что чувствовал благодаря ей.

Возможно, он поступает нелогично, зато в соответствии с чувствами. Она заставила его дышать полной грудью, вселила в него надежду, а это дорогого стоит.

Он был ходячим мертвецом. Она вернула его к жизни.

– Я умру ради нее, – медленно проговорил Грифф. – И убью ради нее. А все остальное тебя не касается.

– Черт меня подери! А ты ведь действительно ее любишь. – Дел пригнулся, парируя яростный выпад. – О, как это все усложняет! Так на что же ты рассчитываешь? Собираешься сделать ее своей содержанкой?

– Ну не собираешься же ты на ней жениться! – Делакур рассмеялся.

 – А что, было бы круто! Могу представить себе заголовки в газетах: «Герцогиня из трактира»…

Клинки встретились с грозным звоном, но Грифф мощным толчком отвел руку соперника и приставил острие к его горлу.

– Я думаю, завтра главной новостью во всех газетах будет смерть лорда Делакура.

Полина, наскоро облачившись во вчерашнее платье, бросилась в салон.

– Остановитесь! Вы же давние друзья – зачем делать ему еще больнее!

– О, я намерен сделать ему больно, – не дрогнувшим голосом возразил Грифф. – Очень, очень больно!..

Что ж, есть за что. Полина и сама не могла отрицать, что испытала определенного рода извращенное удовольствие, глядя, как корчится Делакур. Но всему есть предел.

– Грифф, пожалуйста. – Полина не без опаски приблизилась к мужчинам. – Его жизнь не стоит и десятой доли вашей жизни.