Пленник ее сердца

– Я же крестьянская девушка: просыпаюсь рано – после пяти утра мне не спится.

Грифф скинул сюртук и повесил на спинку стула. Полина заметила, что он не удосужился переодеться, к тому же был небрит и без шляпы, да и выглядел таким же несчастным, как у ворот приюта, с кричащим младенцем на руках.

Как бы он ни провел ночь, настроение у него не изменилось к лучшему.

Когда он закрыл за собой дверь, Полине вдруг пришло в голову, что эта встреча ранним утром в библиотеке в какой-то степени символична. Они во всех смыслах на разных полюсах: он еще не ложился, а она уже встала. Разные, как ночь и день.

– Где вы были? – поинтересовалась Полина.

Он тяжело хрипло вздохнул:

– Проще сказать, мисс Симмз, где я не был.

– Ну что ж, я рада, что сейчас вы здесь.

Ни слова не говоря, Грифф закатал рукава рубашки, подошел к столу, зажег две свечи и уставился на сломанные часы, которые так и не починил.

Полина попыталась пошутить:

– Надеюсь, вы провели вечер интереснее, чем я. После ужина ваша матушка усадила меня читать Священное писание для улучшения дикции, причем велела произносить вслух только слова на букву «г»: «Господень», «Господом», «глаголет»… Не самое увлекательное занятие. – Она раскрыла книгу на той странице, где закончила читать. – Теперь, когда я нашла эту книжку, упражнение уже не кажется мне таким скучным: «горячий», «гладкий», «грех»…

Он никак не отреагировал на ее слова, и тогда, отложив книгу, она пристальнее вгляделась в его лицо. Что-то с ним не так. Грусть, горе… Отчего-то в голову приходили слова только на букву «г». Что-то точило его изнутри. Ему явно плохо, хуже, чем прошлой ночью.

И что-то ей подсказывало, что он нуждается в утешении и ждет, чтобы его утешила именно она.

Полина пребывала в растерянности: с одной стороны, проявлять инициативу в ее положении по меньшей мере неразумно, и в то же время годы работы в таверне ее кое-чему научили, и, кажется, она догадывалась, как ему помочь.

Она встала с дивана, подошла к буфету, где хранилось спиртное, и налила в бокал немного бренди.

– Когда я только начинала работать в таверне – несколько лет назад, – хозяин, мистер Фосбери, предупредил, чтобы не докучала гостям заведения. «Полина, – заговорила она басом, – ты должна научиться различать тех, кто приходит поболтать, и тех, кто, напротив, хотел бы побыть один».

Неслышно ступая по ковру, она подошла к столу и поставила бокал возле локтя Гриффина.