Любовное письмо

Может, потому, что они никогда по-настоящему не уходят на пенсию и продолжают работать, пока…

– Не свалятся замертво? В самом деле. – Он допил виски и сделал знак официантке принести еще. – Твой дедушка дожил до девяноста пяти, верно? Отличный срок, если можно так сказать. Вдохновляет на мысль, что я смогу продержаться еще лет тринадцать или около того.

– Вам в самом деле восемьдесят два? – с неподдельным удивлением спросила Зои.

– Так точно, тебе я могу признаться. Для остальных коллег мне где-то около шестидесяти семи. – Уильям приложил палец к губам. – Я точно помню свой возраст лишь потому, что знаю: сэр Джеймс был старше меня ровно на тринадцать лет. Мы родились с ним в один день и как-то раз, много-много лет назад, даже вместе праздновали день рождения. Ага, суп! Пахнет восхитительно. Извините, но я не могу удержаться.

– Конечно. – Зои наблюдала, как Уильям, держа ложку в дрожащей руке, довольно неуклюже хлебал суп.

– Значит, вы хорошо знали моего дедушку? – поинтересовалась она, когда Уильям отодвинул тарелку и заказал еще виски.

– Да, очень много лет назад, еще до того, как он в буквальном смысле стал Джеймсом Харрисоном.

– В буквальном смысле?

– Ну, ты же наверняка знаешь, что имя «Джеймс Харрисон» – его сценический псевдоним. Когда я познакомился с ним, он был типичным ирландцем, родом откуда-то из Западного Корка. В ту пору его звали Майклом О’Коннеллом.

Зои посмотрела на него с удивлением.

– Вы точно не путаете его с другим актером? Я знаю, что дедушка любил Ирландию и рассказывал, особенно в конце жизни, какое это прекрасное место, но я понятия не имела, что он на самом деле ирландец. Об этом не упоминается ни в одной из его биографий. Я думала, он родился в Дорсете. В речи деда никогда не слышалось даже намека на ирландский акцент.

– Ага! Это лишь доказывает его актерский талант. Он обладал самым потрясающим даром подражания – мог изобразить любой акцент или голос, какой только можно вообразить. Свою карьеру он начал в мюзик-холлах в качестве пародиста. Удивлен, что ты не знаешь, ведь вы с ним были так близки. Но можешь не сомневаться – в твоих жилах течет ирландская кровь.

– Милостивый Боже! А где вы познакомились с моим дедушкой?

– В «Хэкни Эмпайр». В то время мне было всего девять, Майклу двадцать два, и он впервые работал по профессии.

– Вам было девять? – изумилась Зои.

– Да, грешен. Я ведь, если можно так выразиться, родился в бутафорской корзине, – с улыбкой признался Уильям.