Царевичи

Мои щеки зарделись. Никогда мне не отмыться от этой грязи…

– …Ваше похищение стало спусковым крючком для обострения шизофрении. Он был со мной в ночь похищения. Лев не находил себе места, ведь планировалось, что именно он попадет в руки людей Шаха. После того как вас нашли, я предлагал ему остаться в клинике, но он отказался. Ну а дальше… Новые стрессовые факторы лишь ускорили процесс распада сознания, произошла перегрузка нервной системы. Он вас ударил, Виктория. Впервые не сдержался. Испугался сам себя. Ведь случилось то, чего он так сильно опасался – причинить вред близким. По дороге ко мне Лев чудом не улетел в кювет. Сказал, что прямо на выезде из леса увидел маму. Она звала его… Звала к себе. – Мужчина залпом допил минералку. – В ту ночь мы долго разговаривали. Обсуждали его последние анализы. К сожалению, клиническая картина Марии Царевой полностью повторялась – у Льва прогрессировала тяга к деструктивному поведению, извращенным желаниям, насилию… Увы, даже самые сильные психотропные препараты перестали справляться.

– Вы хотите сказать, что Льву нельзя было помочь? Я не верю, доктор, я просто не верю! Есть клиники по всему миру… Другие врачи… Почему он ничего нам не сказал? Вместе мы бы нашли выход!

– Поверьте, кроме меня Лев консультировался как минимум еще с тремя ведущими мировыми специалистами в области психотерапии. Куда он только не отправлял свои анализы. Прогнозы приходили примерно одинаковые. С вероятностью девяносто процентов через два-три месяца некоторые функции мозга полностью атрофировались бы. Другими словами, тяга к насилию и деструктивному поведению стала бы неконтролируемой. Единственный вариант – психиатрическая клиника. Возможно, до конца жизни…"

"До конца жизни…

Над столом в очередной раз повисла удушающая, звенящая тишина. Ни я, ни Миша не могли произнести ни слова, пытаясь осмыслить полученную информацию.

Спустя некоторое время доктор тихо добавил:

– …Шах позвонил мне как раз в момент разговора со Львом. Он не знал, что я и был тем, кто помог силовикам выйти на его след. Хотел обсудить работу над каким-то новым проектом. Лев очень сильно желал с ним познакомиться. Он отправил меня домой, а сам остался. Ну а дальше вы знаете.

– Мой брат сгорел заживо, – закончил за него Миша.

– Ваш брат не желал влачить существование «овоща». Он ушел героем, – возразил Виталий Сергеевич.

43

POV Виктория

Пять месяцев спустя.