Перевертыш. Часть 1

Мы по обоюдному согласию решили не делать из этого действия праздник и афишировать его окружающим, но когда вместе вошли в кают-компанию нас встретили все близкие соратники с улыбками на лицах. Виноват в этом Умник, он сообщил всем метаморфам о тайном действе, произошедшим между нами по обычаям Древних. После поздравлений наш контрразведчик Олум Бейт попросил всех собраться в большом холле станции, и когда мы подошли к помещению, то увидели ряды всех метаморфов, присоединившихся к нам. Все присутствующие встали на одно колено и произнесли вассальную клятву нашей чете, признавая главенство над собой и выражая абсолютную преданность. Мы же с Даной в ответ поклонились в пояс своим людям и поклялись быть верными народу до конца своих дней. Поскольку ранее все метаморфы уже приносили клятву мне или Дане, испив бокал напитка с каплей нашей крови, повторять эту процедуру не пришлось. Но в конце наших слов у каждой подданной на безымянном пальце левой руки в виде цветной татуировки проявился цветок, причем у каждой женщины и девушки разный, а у каждого мужчины или парня на пальце проявился тоже неповторимый разноцветный узор из рун. Наши с Даной татуировки еще больше усложнились и стали объемными, сигнализируя о том, что за нами сотни людей, которым мы преданы. Теперь каждый из наших подданных мог общаться с нами мысленно в пределах станции, а кто посильнее и в пределах системы.

Через неделю прибыл Борк, и практически с порога заявил:

- Твоими победами над пиратами я не удивлен, все-таки повоевали вместе, но когда ты готов выйти на арену против настоящего воина?

- Борк, я, конечно, понимаю твое нетерпение, но ты же младший вождь, хоть каким-то приличиям вас учат?- и, глядя на раскрасневшееся лицо брата и друга добавил: - Не обижайся, но и я не могу гостя с дороги сразу тащить на арену, еще скажут, не дал отдохнуть, поэтому жду тебя завтра в девять утра. Надеюсь, правила не изменились?

- Нет, все в силе, без брони и оружия, до состояния нокаута или перелома конечности, - улыбаясь во весь рот, заявил воин и отправился к своим соотечественницам просматривать записи наших баталий.

Утром возле арены меня чуть не затоптали зрители, тысяча возможных мест вместила вдвое больше женщин. Не знаю, на какие обещания пошли наши дамы и минматарки, но мест для мужчин не осталось. С такой поддержкой я не мог проиграть, ну разве что если бы вместо воина-гиганта на арену вышла красавица воительница, тогда может быть.