Отрок. Перелом

Доволен он был или нет таким решением, Анна так и не поняла, а вот Арина… Боярыня специально не спускала глаз с дверного проема, желая увидеть ее лицо в тот момент, когда она выйдет и увидит Андрея.

Ждать пришлось недолго, Арина появилась на пороге, явно успев только накинуть на голову платок. И – Анна сразу же убедилась – его первого и увидела, причем его одного – так мгновенно вспыхнули радостью глаза молодой женщины, и лицо словно внутренним светом озарило:

И только потом она обернулась к Анне:

– Звала, Анна Павловна?

– Да вот, Андрей проведать вас пришел, да у нас мужам в девичью хода нет, – улыбнулась боярыня. – Я за тобой и послала.

– Благодарствую, – слегка поклонилась в ответ Арина и снова взглянула на Андрея.

– Спят девчонки уже, умаялись… – сказала, отвечая на только ей одной понятный вопрос. Нахмурилась вдруг, будто силясь понять что-то. Андрей вздохнул едва заметно, не зная, как объяснить, но Арина вдруг переспросила, еще не очень уверенно:

– Спрашиваешь, не испугаются ли, если одни проснутся?

Анна с удивлением увидела, что он кивнул – угадала вопрос!

– Да нет, им тут покойно. Не проснутся теперь до утра, крепко заснули… А про тебя спрашивали, – добавила Арина и улыбнулась. – Привыкли, что каждый вечер ты рядом был. Я уж им сказала, что ты с отроками занят. Ну да еще увидитесь.

Уже у себя в горнице, укладываясь спать, Анна перебирала в памяти то, что увидела сама и услышала про Арину от других.

После всех неожиданностей и волнений прошедшего дня спала Анна плохо, почитай, и вовсе не спала. Полночи сама ворочалась с боку на бок, и точно так же мысли в голове ворочались – то перекатывались лениво, перетекая из одной в другую, то прыгали и толкались: не успеешь одну додумать, а ее уже следующая вытеснила и тут же сама вслед за ней куда-то убежала.

Анна встала, подошла к иконе, перекрестилась несколько раз, зашептала слова молитвы – но все это привычно, не вдумываясь в заученные с детства слова, которые ложились на язык сами собой. Мысли же снова вернулись к разговору с сыном.

Анна вспомнила, как она готовилась к тому разговору о Перваке, как старательно подбирала слова, чтобы убедить Алексея в опасности старшего сына Листвяны и необходимости эту опасность устранить. Спрашивается, стоило ли так мучиться – Алексей понял ее с полуслова и не посмеялся над «бабьими страхами», как она опасалась, а согласно кивнул и уверенно сказал:

– Не тревожься, Аннушка, не соперник он твоему сыну.