Под парусами. Свободные (СИ)

Дни, недели, годы сложнейших отношений и недосказанности прозрачными каплями стекали по щекам. Кеша, успокаивая, гладил по голове недавнюю клиентку, ворчал что-то себе под нос и качал головой. Минута откровения закончилась неожиданно для обоих. А капитан все не приходил.

***

Вечер следующего дня

Длинное красное платье, алая помада на губах, туфли на шпильке - она была безупречна. Эталон красоты и не юной прелести, а зрелого женского великолепия. Холеное тело, теплый ласковый взгляд, уверенность в себе. Мужчины будут сворачивать шеи, оглядываясь. Коллеги и старые знакомые, даже зная, что им ничто не светит - пытаться флиртовать.

Она знала. Это доставляло удовольствие. Заставляло глаза сверкать, подобно бриллиантам на шее. Блистать завистникам назло. И что бы ни сочиняли о ней злые языки, смешать ее с грязью у них не было шансов. Она такая, какая есть. Свободная женщина, вольная искушать и искушаться.

""Вольная?"" - мысленно переспросила у себя. Пышная грудь медленно поднялась на вдохе. Веки опустились на глаза.

- Каролина, дорогая, мы тебя уже заждались! - раздался женский голос из гостиной ее люкса."

"- Там без нас все выпьют и съедят. - Второй гость, мужчина нервно поерзал в кресле. Опоздание на банкет не входило в его планы. Если бы не просьба жены, он распивал бы в ресторане коньяк, а не сидел здесь, дожидаясь подругу благоверной.

- Иду.

Когда минуту спустя хозяйка появилась у порога, гости многозначительно переглянулись.

- Каролина Александровна, - мужчина откашлялся. Взгляд против воли спустился в область декольте - Вы сегодня...

- Лева, глаза завидущие подними. Имей совесть, - шепотом возмутилась сидящая рядом с ним немолодая женщина.

- Рыбка, я пытаюсь, но они не поднимаются, - в полголоса ответил Лева.

- Помочь?

- Э... Не надо! - выставил вперед руку.

- А то я могу! - дама помахала перед носом собеседника элегантной, никак не вязавшейся с ее образом, тростью. Нога после вывиха еще болела.

- Нонночка! - кавалер сделал губы уточкой и наконец отвел взгляд от декольте.

Каролина, не вмешиваясь, наблюдала за этой милой семейной сценой. Она слишком давно знала Рогозиных, чтобы удивляться их манере общения. На публике или в кругу друзей эти двое вели себя одинаково раскованно. Опыт и возраст позволяли многое, а обширные связи и огромный капитал - еще больше.

- Можем идти, - прихватив клатч, предложила Каролина.

- Аллилуйя! - Рогозин помог супруге подняться и, взяв под руки обеих дам, двинулся к выходу. - Олежка, поди, тебя уже заждался.