Альфа ищет пару

Он должен был найти выход их ситуации в кратчайшие сроки, рассказать о нем отцу и притворять в жизнь. Но голову давило тисками, мужчина соображал крайне туго, находясь под давлением обстоятельств.

В последнее время вся его жизнь стала катиться под откос. И все из-за Суворова! Именно с него все и началось!

Я жалела, что эта ночь закончилась, но встречать рассвет оказалось не менее увлекательно. Стас не позволял мне опомниться, не давал задумываться ни о прошлом, ни о будущем. А когда его попытался вызывать по телефону Егор, он послал разгребать дела стаи самому.

— Могу же я в кои-то веки взять выходной! — делая мне массаж, пояснил свой поступок мужчина. Его руки знали свое дело, просто божественно разминая мышцы, в то время как я находилась на грани реальности и лисьего рая.

— У тебя просто дар, — лениво произнесла я, мечтая, чтобы он никогда не останавливался.

Суворов нагнулся ко мне, провел губами по оголенной для массажа шее и горячо пообещал:

— Я тебе покажу все мои таланты!

И Стас выполнил свое обещание, наполняя следующую неделю сюрпризами, интересными поездками и встречами. К моему удивлению, он брал меня с собой везде, словно боялся, что я сбегу из особняка в его отсутствие. Пока он проводил деловые встречи, я молча сидела рядом, невольно проникаясь темами и уважением к альфе волков. Он был справедливым, обладал хваткой, и при этом умел смотреть в суть проблемы.

За эти несколько дней к нему приходили с различными визитами десятки оборотней, которых Стас просто не мог проигнорировать. Я, будто его близнец, была неподалеку, и если ему надо было поговорить с гостем наедине, со мной всегда оставался Егор. Недоверие альфы немного коробило, но я понимала его мотивы.

Как-то раз я попросила Стаса связаться с моей семьей, сказать, что со мной все в порядке. Честно говоря, боялась, что родные сунуться к Бродячим через связных, а после моего феерического ухода от них можно было ожидать, чего угодно.

Правда, Стас, услышав это предположение из моих уст, заверил, что они не посмеют сунуться ни к волкам, ни к лисам.

— Это еще почему? Черный мог врать, — червячок сомнения все равно ел меня изнутри.

— Нет, он не сунется. Я знал его еще мальчишкой, поэтому знаю цену его слову.

— Он мог измениться с годами. Ты знаешь его сегодняшнего? Он мрачен, как подземелье, так же слизок местами, и так же затхл в душе.

— Не спеши его судить, у всех Бродячих тяжелая судьба, — угрюмо заметил Стас, будто вспоминая нечто личное.