Пари на дракона. Поцелуй навылет

Мы резко садимся и оглядываемся.

Вокруг полно народу. Все в шоке смотрят на нас. Будто мы и есть гвоздь задуманного Клео представления. Приглашённые придворные возбуждённо переговариваются, некультурно тыча в меня пальцами. Ловлю на себе триумфальные взгляды Валентины и Пелагеи. Но источником издевательских хлопков служит Миллат.

— Вот это я понимаю — поцелуй. Навылет прямо-таки, уважаемая альва Жизни.

Эпилог

И снова мы в кабинете ректора. Только в этот раз обстановка внутри далека от уютной. В воздухе так и витает напряжение, а мне и вовсе хочется оказаться отсюда как можно дальше. Там, где сейчас осматривают Рейва.

Он потерял сознание! Он просто потерял сознание, когда попытался встать, чтобы защитить от наступающих на меня драконов. И только Конрад, бросившийся к сыну, успел подхватить Рейва.

— Вы понимаете, что это нарушение пакта? — тонкий, словно спица, голос Валентины уже с полчаса ковыряет мой мозг. — Альвы столько лет водили нас за нос, скрывая альву Жизни!

— Тина, успокойся! — не выдержав, рычит на неё Арабелла.

Императрица занимает ректорское место и, устало потирая виски, смотрит то на меня, то на стоящую рядом Миррали. Мы вообще сейчас похожи на два противоборствующих лагеря. С одной стороны — я, Мирра, Ривейла и Кайрис. С другой — Алдерт, императрица, Арм, Ворона и семейка Миллат. И если первые трое явно на нашей стороне, то вот Тина с Андреасом продолжают предъявлять претензии всем альвам в нашем лице.

И посреди всего этого балагана Пелагея. Лисица сидит в уголочке, и на её лице такой искренний восторг, будто она получила билет на самую желанную в мире постановку.

— Ари, но ведь это всё меняет. По традиции Армониан теперь обязан взять в жёны Кару. Ну или в любовницы.

— Я сама решу, что должен мой сын, — огрызается Арабелла, поджимая губы. — Я и мой муж. Не ты.

— Вот как? — предупреждающе шипит леди Миллат. — Думаю, это не очень понравится императорскому совету. Особенно янтарным и адуляровым родам. Ты знаешь, насколько они привержены традициям.

По тому, как бледнеет императрица, я понимаю, что слова Валентины — не пустая болтовня, а самая настоящая угроза.

— Да не буду я жениться на Каре, — с раздражением выдаёт Армониан. — Моя невеста — Миррали, и то, что Кара — альва Жизни, ничего не меняет. Давно пора уже отменить этот идиотский пункт пакта. Альвы вступают в союз на правах равноценного союзника!"

"Бросаю на принца благодарный взгляд.