Cудья и палач

Это страшные люди… Они тебя не обижали?

– Я мог бы свалить жертву в подъезде, когда он шел домой, – продолжая рассматривать пустоту, сказал Герман. – Поравнялся бы с ним и выстрелил в упор. Но это просто. Это любой сможет. А мне нужно было отличиться. Поэтому я стрелял из-за угла дома. Чисто сработал. Вот и отличился. Теперь эти твари знают, что у меня есть цена…

– Да, я слышала, что какой-то шеф велел тебя беречь… Но ведь ты мог промазать…

– Мог, – согласился Герман. – И тогда ты была бы не здесь…

– Очень… И дальше придется рисковать. Эти гады меня не отпустят.

Снова придется убивать…

– Давай куда-нибудь убежим…

– Не получится. Слишком серьезная организация. Из-под земли достанут…

– Придется… Только задарма я работать не буду. Любая работа требует оплаты…

Герман говорил страшные вещи. Но Алла не чувствовала к нему отвращения. Напротив, она решила его поддержать.

– Мы будем работать вместе… – заявила она.

– Мы… Будем. Работать. Вместе… Ты сам сказал, нужно делать все, чтобы тебя ценили. Поэтому будем работать так, чтобы ты стал лучшим в своем деле. У меня есть кое-какие соображения на этот счет…

Алла перехватила удивленный взгляд Германа. Но не придала ему никакого значения. Как картинки в калейдоскопе, в ее голове закрутились комбинации.

Она видела жертву. И уже знала несколько способов, как подобраться к ней.

Это были сложные комбинации. Но ею они воспринимались как некая азартная игра.

– Надоело! – выкрикнула она в гневе.

– Что тебе надоело? – спросил Герман спокойно.

– Все это надоело. Хватит, я больше не могу…

Хорошая голова у Аллы. Отличные идеи выдает. Безошибочно моделирует ситуации, отбирает оптимальные варианты действий, выдает решения, четко просчитывает ходы, приводит план в исполнение. Ее криминальный талант перешел в разряд криминально-убойных и заблестел с новой силой.

Она была сильна не только в тактике. Она приняла важное стратегическое решение, с которым Герман просто не мог не согласиться. Самое главное, считала она, это не просто убивать, а сделать так, чтобы убийство было воспринято как несчастный случай.

Громкие убийства – это опасно. Менты становятся на уши, начинается охота за предполагаемыми заказчиками. А заказчики в свою очередь устраняют исполнителей – чтобы обрубить концы. В конечном итоге Германа могут убрать.

На дело они ходили вместе.

Одного коммерсанта они аккуратно подвесили вместо люстры. Все было проделано мастерски. Убийство прошло как суицид. На почве сильнейшего нервного стресса.